Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Настроение (список заголовков)
13:29 

Лувр

Девушка с крыльями и хвостиком
Была вчера в лувре... \то не передать словами... это Эрмитаж, только лобальнее и более по-европейски... столько картин, столько скульптур, столько египетских залов, столько сфинксов... видела Мону Лизу, видела Венеру Милосскую... видела столько всего, что не рассказать сразу...

@темы: Париж, настроение

17:07 

скоро

Девушка с крыльями и хвостиком
итак, скоро начну выкладывать Поединок. не ждите, что он будет писать быстро... и если он не будет получаться, я просто брошу =))

@темы: настроение, творчество, фанфики

11:49 

В поисках утраченного. часть третья, главы 3-4

Девушка с крыльями и хвостиком
Часть третья. Конец трех циклов.

3. Черный камень
Утро наступило не скоро – по крайней мере, когда Венар проснулась, то ей казалось, что прошло очень много времени. Так долго она не спала ни разу в жизни. Она лежала на мягком диване, прикрытая легким пледом. В глаза через задвинутые занавески пробивалось утреннее солнце. Мир за окном был наполнен миллионом звуков, которые Венар был мало знакомы, и поэтому притягательны и необычны.
Она сквозь ресницы смотрела за тем, как муха билась в стекло, противно жужжа. Наверное, где-то ее ждал дом и свобода, но она не могла найти ни одной щелки, через которую могла протиснуться к этой свободе. Венар поднялась, от чего Руфей, лежавший у двери, поднял голову и шевельнул хвостом. Девушка подошла к окну и отворила форточку, подгоняя ладонью букашку.
Венар потерла глаза и поправила на себе футболку – другой одежды все равно нет. Но ей и в голову не пришло, что ради этого ей нужно вернуться в Школу. Нет, эта страница ее жизни навсегда перевернута, она вырвалась с острова, и впереди ее ждет прекрасное, и если верить Ид, волшебное будущее.
- Я эльф,- с улыбкой произнесла она, подойдя к зеркалу и снова рассматривая свои уши необычной формы. Потом она обернулась к Руфею:- Руф, я эльф, представляешь?!
Волк поднялся и подошел к ней, глядя в ее глаза своими – голубыми и такими родными.
- Ладно, идем, чего-нибудь съедим.
На кухне лежала записка, из которой Венар узнала, что Ид ушла на работу и в магазин. Девушка отломила себе кусочек хлеба и налила чая, глядя на миску, что Ид поставила для Руфея, наполненную костями и собачьим кормом.
Венар не знала, чем заняться, - все ее мысли сейчас были о том, чтобы вернуться домой, чтобы попасть в тот мир, о котором говорила Ид, суливший приключения и разнообразие, которого было не много за прошедшие в школе годы. Венар пыталась вспомнить то, о чем рассказывала Ид, что она должна была помнить, но ничего у нее не получилось.
Девушка села перед телевизором, включив его, и обшарила глазами комнату. Ее внимание привлек толстый том на стеллаже, что занимал небольшое пространство возле окна. Когда девушка взяла его, то поняла, что это фотоальбом – старый, таких уже не делали лет пятьдесят и показывали только в старых фильмах.
Венар удобнее села на диване и открыла альбом. Здесь были старые, черно-белые снимки, на которых была Ид. Почти везде – с мальчиком. Это был кудрявый паренек, с каким-то чудовищно старым зайцем в руках, наверное, набитым опилками. Венар листала альбом, и одно обстоятельство не давало ей покоя – мальчик взрослел, это отчетливо было видно на снимках, а Ид была такой же, как и на первом фото, и как сейчас, как вчера за столом на кухне. Она не менялась, хотя снимкам было лет двадцать.
Венар долистала до конца, где были уже качественные, цветные фотографии – Ид в школе, с учениками, с Дором, с Ломом, даже с Руфеем и Венар. Но это была все так же Ид.
То, что хозяйка дома вернулась, Венар услышала задолго до того, как замок щелкнул, и Ид, бодрая, с раскрасневшимися от ветра щеками, вошла в дом. Она несла два пакета, наполненных едой и какими-то вещами.
- Привет,- она скинула ботинки и понесла пакеты в кухню. Венар с альбомом пошла за ней.- Ты ела?
- Да,- девушка кивнула, глядя, как Ид вынимает продукты и кладет их в холодильник и шкафчики. Затем Ид повернулась и протянула Венар второй мешок. – Тут кое-какие вещи для тебя, на первое время… Ты чего такая встревоженная?
Венар поставила пакет на стул, а сама протянула Ид фотоальбом.
- Я смотрела ваши фотографии, и кое-что заметила…
Ид кивнула, беря у девушки альбом:
- Идем, сядем.
Они уселись на диван.
- Кто этот мальчик?- Венар указала на снимки.- Это ваш сын?
Уголки губ Ид немного опустились:
- Можно сказать и так.
- А где он?
- Он умер много лет назад.
- Простите, я не знала.
- Никто не знал,- Ид рассматривала фото, где она с мальчиком качалась на качелях.- Это из-за него я ушла от эльфов.
- А я думала, вы полюбили человека…
- Да, я полюбила. Его, мальчика. Пола,- она указала на ребенка.- Я нашла его в лесу, недалеко от города – там разбился вертолет, все погибли, кроме него. Полу было года два. Я принесла его в город, но эльфы воспротивились. Тогда я ушла, вместе с ним.
- Простите, мне не хотелось вас расстроить.
- Ничего, это было очень давно.
- Но как? Как получается, что вы такая же, как и на фото с Полом?!
Ид рассмеялась:
- Эльфы – долгожители, Венар. Мы живем до шестидесяти-семидесяти циклов.
Венар округлила глаза, когда посчитала:
- Триста лет?!
- Да. Поэтому и старение наше происходит намного медленнее. Эльфы развиваются как люди только первые…
- Три цикла,- догадалась Венар, и женщина кивнула.- Сколько же вам лет?
- Мне идет пятнадцатый цикл.
Венар промолчала, глядя на фотографии Пола:
- А когда вы ушли от эльфов, сколько вам было?
- Пять циклов,- Ид поднялась.- Идем, нужно приготовить что-то на обед.
Венар пошла за ней, но из головы не выходил этот мальчик с зайцем в руках.
- Ты не поняла еще, что за черный камень имел в виду Лапиа-Лиас?- Ид бренчала кастрюльками. Венар покачала головой, но ей казалось, что она нащупала какую-то связь этого снимка с вопросом Ид.
- Господи, ну, конечно!!!- девушка подскочила на месте так, что Ид обронила солонку, которую держала в этот момент в руках.
- Что такое?
- Я поняла! Черный камень – это не камень как таковой, это изделие из камня!- Венар сияла, ее всю распирало от ее догадки.
- Что? Что ты имеешь в виду?- Ид забыла и о соли, и о кипящей в кастрюле воде.- Что это?
- Он был гением, Ид. Он решил, что то, что я принесла с собой из своего мира, то, что будет мне о нем напоминать, я всегда буду хранить у себя.
- О чем ты?
- О кошке, игрушке, которая была у меня, сколько я себя помню! Ид, ты помнишь черную кошку, которая была у меня?
Ид сузила глаза, а потом восторженно кивнула:
- Конечно, ты с ней пришла! Как я раньше не догадалась! Значит, тебе нужно лететь в школу и забрать кошку!
Венар покачала головой, торжественно улыбаясь:
- Не надо. Кошка в городе.
- Ты привезла ее с собой?- удивилась Ид, оглядываясь, будто надеялась, что сейчас увидит игрушку из черного камня на столе или на полке.
- Нет. Еще в первый год в школе я подарила ее Геру.
- Подарила?!
- Нет-нет, не волнуйся. Я была у Гера несколько недель назад – кошка стоит у него на полке, в целости и сохранности. Понимаешь? Здесь, в городе, в его доме.
Ид кивнула, улыбаясь:
- Лапиа-Лиас думал, что ты рано или поздно обратишь внимание на кошку, или услышишь ее. Он действительно был гением.
Венар начала натягивать кроссовки.
- Я пойду прямо сейчас.
- Днем? Нельзя.
- Можно. Его родители на работе, а я зайду сзади, со стороны сада. Меня никто не увидит.
- Но ты не знаешь, где дом, ты потеряешься.
- Нет. Я дойду до центра, а там уже не потеряюсь.
- Хорошо, но будь осторожна,- Ид объяснила, как дойти до центрального парка.
Венар кивнула и уже через мгновение окунулась в мир городских запахов и звуков.

Это было не так уж и сложно – найти дом Гера, проникнуть в него через то самое чердачное окно, войти в комнату и забрать фигурку, стоявшую на полке с книгами. Сложнее было уйти, ничего не оставив для друга, который, наверняка, волнуется за нее. Но все-таки Венар не стала оставлять записки или еще какого-либо знака о том, что она здесь была. Возможно, он хватится когда-нибудь фигурки, но это будет не скоро.
А сейчас Венар спешила по улицам, прижимая к себе сверток с заветной игрушкой, стараясь прислушаться к ней – не говорит ли она. Венар не знала, какого говорения ждет от камня, но ей так хотелось верить, что эта кошка вернет ее домой.
Ид сидела на крыльце, рядом нетерпеливо ходил Руфей, дергая ушами. Они задолго до появления девушки на улице знали, что она спешит к ним, и с надеждой вглядывались в залитую солнцем дорогу.
- Я нашла ее!- Венар уже у калитки помахала завернутой в ткань кошкой, и Ид улыбнулась. Они поспешно зашли в дом, чуть не прищемив в дверях хвост Руфея, который от обиды забился под стол и сверкал оттуда глазами.
Но две девушки не обратили на него внимания – они смотрели на статуэтку, которую Венар развернула и поставила на стол. Это была каменная фигурка сидящей кошки, с вырезанными контурами глаз, носа, лап и даже усов.
- Хм,- издала Ид, наконец, звук.- Странно.
- Что?- Венар подняла взгляд на Ид.
- Просто у эльфов детям не дарят таких игрушек, это вообще не игрушка.
Венар пожала плечами:
- И что? Думаешь, это совсем не тот черный камень?
Ид ничего не ответила, взяла кошку в руки и стала вертеть, но так ничего и не нашла.
- Я не говорю, что это не тот камень. Думаю, именно тот – ламаркский, легкий и гладкий, у людей такого нет. Это лунный камень, но его уже давно не используют, потому что он закончился. Я даже не знаю, откуда могла взяться такая фигурка.
- Для чего же использовался этот камень?
- Для украшений Великих Пещер и Долины Предков,- Ид, увидев, что Венар нахмурилась, улыбнулась.- Тебе еще многое нужно узнать о своей родине, всему свое время. Можно сказать, что лунный камень – ритуальный, его использовали для гробниц и священных помещений, которые давно уже никто не строит, а в гробницах используется мрамор. Так что понятия не имею, почему такая редкая фигурка оказалась в твоих руках.
- Ладно, это узнаем потом. Главное теперь – как заставить ее заговорить?- Венар глядела на кошку в руках Ид.- Я ничего не слышу.
- А я ничего не вижу,- женщина поставила кошку на стол, протянула к ней руки и прикрыла глаза. Венар стояла рядом, понимая, что Ид пытается применить магию. На протяжении нескольких минут ничего не происходило, потом Ид опустила руки и покачала головой.- Я не знаю, если в ней и есть магия, то такого уровня, который мне не доступен.
- Или просто это не тот камень,- грустно произнесла Венар, садясь на стул.
- Или тебе нет трех циклов, что тоже иногда случается,- попыталась Ид приободрить девушку.- Не переживай, ты обязательно сможешь разгадать загадки Лапиа-Лиаса, я уверена. А теперь пойдем и попьем чая, я устала, а мне в ночь на работу.
- А где ты работаешь?- Венар проследила за тем, как Ид прошла на кухню, а потом уставилась на кошку, которая должна была – ну, просто обязана! – заговорить.
- Я воспитатель в детском доме, и сегодня в ночь буду дежурить.
- Ого, ничего себе работка,- выдохнула Венар, беря кошку в руки. Статуэтка действительно была легкой, хотя очевидно было, что сделана из камня.
- Работа как работа, не легче, чем в Школе, но и не труднее.
- Ой!- Венар чуть не выронила из рук кошку.
- Что случилось?
- Ид, посмотри, у нее на спине проступает рисунок!
Женщина буквально в один прыжок оказалась рядом и тоже уставилась на кошку.
- Венар, где?
- Да вот же!- девушка ткнула пальцем в спину фигурки, где отчетливо появилось белое дерево. Но, взглянув на Ид, Венар поняла, что та ничего не видит.- Но как же?! Я его вижу!
Лицо Ид озарилось пониманием, она даже хлопнула себя по лбу:
- Ну, конечно! Все, что делал Лапиа-Лиас, было просто! Даже магия его самая простая, но зато самая надежная!
- В чем дело?
Ид рассмеялась:
- То, о чем говорит кошка, можешь знать только ты. Фигурка настроена на твою магическую ауру, которая неповторима. Понимаешь?
- Не очень. Это как отпечатки пальцев?- предположила девушка, глядя на белое дерево, видное только ей.
- Ну, что-то такое, только это не видно простому глазу. У тебя есть магическая сила, которая вокруг тебя, она в тебе. И в кошку Лапиа-Лиас поместил частичку твоей энергии. Поэтому, когда ты подольше ее держишь, эта магия проявляется. Так просто и так действенно! Никто и никогда бы не смог узнать то, что положено знать только тебе.
- Но я не понимаю, что дает мне изображение белого дерева,- с сомнением произнесла девушка.
- Кроме дерева, больше ничего?
Венар повертела фигурку и увидела странный значок, который был на нижней поверхности кошки и начинался ровно там, где было основание дерева на ее спине. Венар взяла ручку и перерисовала значок на бумагу, показав Ид. Значок был похож на скрещенные мечи, один толще, другой тоньше.
- Что это, ты знаешь?
- Конечно,- Ид улыбнулась. – Я, кажется, начинаю понимать. Давай сядем, и подумаем.
Они прошли в комнату и сели на диван. Венар напряженно уставилась на Ид, ожидая хоть чего-то, что внушит надежду.
- Венар, я тебе говорила, что все ламарки маги. Но магия их имеет два рода – магия воинов или магия волшебников. Когда рождается дитя, то в течение трех дней его наблюдают пять мудрецов из самых сильных и умных эльфов. Они и выносят вердикт – воин или маг. Тогда начинается изготовление персонального артефакта – меча для воина или жезла для мага.
- Зачем?
- Значение этих предметов очень большое. В жезле или мече – вся суть природной силы ламарка. Нет, конечно, без них ламарк не становится беспомощным, но артефакт поддерживает и усиливает природные Чары. Жезл или меч – это как бы часть самого Ламарка,- Ид посмотрела на Руфея, который внимательно слушал ее.- Когда проходит первый цикл жизни Ламарка, его жезл или меч внешне готов и вручается родителям. И тогда происходит время Становления.
- Какого становления?- Венар внимательно слушала, хотя пока не очень понимала, зачем Ид рассказывает это.
- Становление – это формирование магических и физических сил ламарка в единении с жезлом или мечом и в соответствии с теми Чарами, что наложены магами на этот персональный предмет. Это тяжело объяснить словами: связь между ламарком и его магическим артефактом начинает свое Становление с первого дня второго цикла и окончательно формируется в последний день третьего цикла. Тогда же ламарк получает свой артефакт от родителей, как символ зрелости и самостоятельности.
- Значит, это что-то типа волшебной палочки?
- Ну, можно сказать, что да, хотя артефакт более важен, его утеря может привести к катастрофе – с помощью артефакта можно получить большую власть над его владельцем. Но похитить или взять без спросу его нельзя, это невозможно. Пока Ламарк знает, где находится его жезл или меч, они защищены от чужих рук. Даже если жезл будет лежать посреди многолюдной площади, никто не сможет взять артефакт, если владелец знает о том, что волшебный предмет лежит именно там.
- Прикольно,- улыбнулась Венар.- У тебя он есть, да? Покажи!
- У меня нет его,- грустно улыбнулась Ид. – Его уничтожили, когда я покидала город.
- Прости,- Венар коснулась руки Ид.- Но скажи, как этот значок поможет мне?
Ид задумалась, прежде чем снова заговорить:
- Думаю, что все будет также просто, как и до этого было все, что делал для тебя Лапиа-Лиас,- Ид указала на фигурку в руках Венар.- И если верно то, что все это связано с твоим жезлом, то думаю, что Рыцарь заставил тебя запомнить, где находится артефакт.
- Но я не помню!
- Помнишь, просто где-то очень глубоко. Я уверена, что Лапиа-Лиас не оставил бы тебя и твой жезл без защиты. Следовательно, ты знаешь, где он. И думаю, что рисунок дерева должен тебе как-то помочь. Подумай.
Венар напряженно глядела на белый ствол, ветки, на изгибы линий. Она провела пальцем по рисунку и внезапно, как вспышку, увидела это дерево наяву, в дымке тумана. Оно было очень высоким, ствол бледно-серый, широкий. И тут же девушка услышала голос, мужской голос, который что-то говорил ей.
- Ид…- Венар растерянно глядела на учительницу, которая довольно улыбалась.- Я знаю это дерево. Точно! Я так часто видела его во сне.
- Прекрасно,- кивнула женщина, будто всегда верившая, что так все и должно быть.
- И еще я вспомнила голос – голос Рыцаря. Я не знаю, что он говорил, но эти слова сейчас вертятся у меня в голове.
- Думаю, тебе стоит их произнести,- Ид уже догадалась, что Рыцарь заставил девочку запомнить заклинание, призывающее жезл. Это было так просто и опять-таки гениально!- Давай, смелее.
Девушка немного испуганно открыла рот, потом задумалась и проговорила на языке, который уже давно забыла, который когда-то поразил своими раскатами и плавностью жителей Тихого острова. Слова в ее устах напоминали журчание ручейка, а иногда шум ветра, слова сливались в одну протяжную мелодию. Когда Венар повторяла то, что давно уже было внутри, но что она не помнила, то ей стало вдруг ужасно тоскливо и страшно. Наверное, это чувство она забыла так же, как и слова, что сейчас так просто слетали с ее губ. Из глаз ее неслышно текли слезы – наверное, это были остатки тех слез, что так же струились по щекам маленькой девочки, стоявшей темной ночью перед огромным деревом и заучивавшей мелодию древнего заклинания.
Когда Венар нашла в себе силы замолчать, то уже совсем по-другому взглянула на Ид – это память оживала в ней. Она вдруг вспомнила огонь у белых стен, горящие растения, крики извне и топот ног. Рядом с ней творилось что-то страшное, но кто-то держал ее за руку и тащил прочь, куда-то вниз, вниз, вниз…
- Посмотри, Венар,- Ид указала девушке на что-то. Венар опустила глаза и увидела, что вместе с кошкой держит в руке длинный предмет.

4. Возвращение
Он был золотым, но не тяжелым, около полуметра длиной, с рукоятью, как у меча, инкрустированной цветными камнями. Венар подняла предмет поближе к глазам, рассматривая сплюснутое ложе жезла, сужающееся к концу, словно лезвие меча. Жезл был похож на кинжал, только в ножнах, но…
- Ид, это меч?- Венар даже испугалась. Она даже мысли не допускала, что она воин, а не маг.- Меч?
Ид с доброй улыбкой покачала головой:
- Это жезл… и меч.
- Как это?
- Такое бывает. Редко, но бывает,- Ид внимательно смотрела на девушку, словно знала что-то, но не хотела говорить.- Ты и маг, и воин. Сильная аура, которая рождает сильного эльфа.
- Что?- Венар вертела в руках жезл, осторожно потянула за ложе, будто вынимала клинок из ножен, но ничего не произошло.- Может, все же не меч?
Ид усмехнулась и указала на рукоять артефакта:
- Ты видишь, там четыре камня. Три из них – это… Наги, магические камни, которые закупоривают магические пространства артефакта.
- Прости?- Венар ничего не понимала.
- Это сложно,- Ид подошла ближе и указала на камни.- Красный – это область Руфа, там живет сила природы, которая призвана охранять тебя и служить тебе.
- Руфа?- девушка нашла глазами Руфея, который преспокойно лежал у камина, иногда мигая одним глазом, а затем поглядела на Ид, которая улыбалась.
- Ты правильно поняла – это Наги твоего волка.
- Ты хочешь сказать…
- Да. У каждого эльфа есть свой Руф, не обязательно волк – это может быть зверь, птица, даже насекомое. Думаю, что Лапиа-Лиас выпустил волка прежде, чем спрятать жезл, чтобы Руф всегда был рядом и охранял тебя тогда, когда больше никто не мог тебе помочь. Руфей должен был хранить тебя среди людей, что он и делал.
- Но зачем тогда камень? Область…
- Если ты повернешь Наги Руфа, то твой волк исчезнет в своей магической области, где будет ждать твоего зова и набираться сил. Я бы тебе посоветовала отправить Руфея на отдых – он это заслужил.
Венар осторожно повернула пальцем красный камень – он легко поддался, и через мгновение волк, только лежавший у камина, будто растворился в воздухе.
- А как я смогу его вернуть?- Венар испуганно смотрела на то место, где только что был ее верный друг.
- Лишь позови, и он придет. Вы связаны, Венар, потому он всегда появляется, если ты его зовешь, даже если между вами огромные расстояния и водные преграды,- улыбнулась Ид, а потом показала на зеленый камень.- Это Наги Мента, там можно сохранить кусочек воспоминаний, заклинаний, чар. Ты этому научишься, а пока посмотри, мне кажется, что там должно быть хоть какое-то послание.
Венар повернула зеленый камень и отскочила, поскольку перед ней выросла призрачно-белая фигура высокого мужчины с длинными белыми волосами, в странных лосинах и длинной рубашке, подпоясанной ремнем. На поясе его был меч, за спиной торчал край лука. Он смотрел прямо перед собой и вдруг начал издавать звуки – так, как несколько минут назад говорила Венар, читая заклинание. Девушка ничего не понимала, но она заслушалась звуками, что неслись из далекого прошлого, ведь этот человек был давно мертв, и воспоминания о нем так долго хранились за камушком.
А потом Лапиа-Лиас перешел на язык, понятный Венар, отчего она ойкнула.
- Ты прошла долгий путь, и скоро ты будешь дома. Все, что тебе нужно сделать, - это повернуть синий камень. Ты молодец, ты станешь великой. Я выполнил свою миссию, теперь твоя очередь выполнить свою. И помни – те, кто любили тебя и заботились о тебе, всегда с тобой, в твоем сердце.
Фигура растворилась в воздухе так же быстро, как и появилась, но Венар еще несколько мгновений стояла, боясь пошевелиться.
- Венар, сделай, как он сказал,- мягко произнесла Ид. Девушка вздрогнула, дрожащими пальцами повернула камень. Она ожидала чего угодно – смерча, который подхватит ее и унесет домой, телепортации, взрыва, появления еще одной фигуры – но ничего такого не произошло. Она по-прежнему стояла посреди гостиной в доме Ид и напряженно глядела на жезл.
- Почему ничего не произошло?- слабым голосом спросила Венар, обернувшись к хозяйке дома, но Ид только успокаивающе погладила ее по руке:
- Произошло, ты просто не заметила. Ты открыла Наги Фэ – область, откуда только что вылетела древесная фея.
- Фея?- девушка замотала головой, стараясь увидеть это существо.
- Да, но ее уже тут нет, не старайся увидеть. Я думаю, что она уже на пути к белому городу. Ты скоро действительно будешь дома. А теперь тебе нужно выпить чая и хоть немного отдохнуть, ты слишком взволнована и утомлена.
Венар позволила усадить себя на диван, крепко держа жезл в руке. Ид напоила ее чаем с травами, и очень скоро Венар заснула, даже не успев этого почувствовать.
Проснулась она от странного шороха, что напугал и насторожил ее. Она вскочила с дивана и испуганно озирала гостиную в свете тихо пылавшего камина. За окном была мгла, ночь успела опуститься на город. Венар настороженно оглядела комнату, стараясь ничего не пропустить. И подскочила.
В самом дальнем и темном углу она увидела фигуру с неясными очертаниями. Девушка неосознанно выставила перед собой жезл, держась двумя руками, по направлению к чужаку.
- Не бойся, Нар, я не причиню тебе вреда,- раздался спокойный, слегка рокочущих мужской голос, и фигура выступила на свет. Это был эльф – его острые уши выделялись на фоне убранных назад светлых волос. От обычного человека лет сорока он отличался только одеждой. На эльфе были высокие сапоги с отворотами, в которые были заправлены лосины. Под плащом, что доходил до самого пола, у него был жилет, перетянутый ремнем, а также виднелся светлый ворот какого-то свитера. На шее плащ крепился на цепочку.
Эльф стоял прямо, держа одну руку на эфесе своего меча, что выглядывал из-за полы плаща с капюшоном. Он, очевидно, чего-то ждал, а Венар застыла, не понимая, что должна делать.
- Опусти свой жезл, Нар,- твердо произнес он, делая еще один шаг вперед.
- Меня зовут не Нар,- наконец, заговорила девушка, чуть отступив.- Венар.
Эльф чему-то усмехнулся, но больше не двигался:
- Хорошо, но все-таки опусти жезл, пока ты никого не поранила.
- А откуда мне знать, что вы не причините мне вреда? Кто вы?- воинственно спросила Венар.
- Я Герон, воин Лапиа-Раса.
- Воин чего?
- Лапиа-Рас – город, где живут ламарки, твой родной город, куда мы пришли тебя забрать.
- Кто это – «вы»?- Венар быстро пробежалась по комнате глазами, ожидая увидеть еще эльфов, но больше не было ни шороха, ни звука.
Эльф нетерпеливо вздохнул, затем, не обращая внимания на Венар, подошел к двери и отворил ее. В комнату начали входить эльфы - всего их было четверо, все лет тридцати-сорока на вид, вооруженные, немного хмурые. Но они с интересом смотрели на Венар, которая не знала, в чью сторону направить так пугающий их жезл.
- Опусти же!- скомандовал Герон резко.- Ты все равно не умеешь им пользоваться! А если нечаянно ранишь кого-то?
Венар подчинилась, больше не словам, а командному голосу.
- Вот и умница,- Герон выглянул в окно, где по-прежнему была мгла, затем что-то сказал эльфам, что стояли вдоль стен. Те согласно кивнули.- Нам нужно спешить, чтобы остаться незамеченными.
Один из эльфов опять вышел, трое сомкнули ряды возле двери, будто охраняя ее.
- Спешить?- с трудом произнесла Венар, садясь, так как напряжение последних минут отобрало у нее много сил.- Куда?
- В Лапиа-Рас, откуда мы прибыли за тобой,- вновь терпеливо пояснил Герон.- Нам пора, идем.
Венар нахмурилась:
- Прямо сейчас?
- Конечно.
- Но… как же так… Мне нужно попрощаться с Ид, с Гером…
- Нет у нас времени на это. Идем,- уже нетерпеливо произнес Герон, беря ее за руку, но Венар ее вырвала.
- Хоть вещи-то дайте собрать!
- Тебе не нужны вещи людей! Оставь все.
- Нет,- твердо произнесла Венар, отстраняясь. К ее удивлению, Герон подчинился, предоставив время, чтобы она кинула в рюкзак книгу, расческу, несколько футболок и фигурку кошки.
- Быстрее же! Мы можем не успеть до рассвета!- торопил он ее. Наконец, она была готова. Герон вышел перед ней, будто прикрывая ее своим телом. С боков сразу встали двое эльфов, сзади – четвертый воин. Они плотно прикрыли ее собой, отчего Венар вдруг стало страшно: от чего ее так защищают?
Она хотела спросить, но только открыла рот, как Герон резко повернулся и приложил палец к губам. Он был серьезен и очень сосредоточен. Эльфы вывели ее на задний двор, к деревьям, где Венар увидела еще три фигуры. Герон подал им какой-то знак рукой. И тут Венар заметила, как за их спинами появились крылья, и трое эльфов взмыли в воздух и растаяли во мгле.
- Значит, мы полетим?- радостно спросила она шепотом у Герона, но тот сверкнул глазами. В следующее мгновение чьи-то сильные руки подхватили ее, и она увидела мерцающие во тьме глаза мужчины. Он подмигнул ей, и через секунду они уже летели ввысь. Венар крутила головой, пытаясь увидеть хоть что-то, но вокруг мелькали только эльфы и их крылья. Они кружили вокруг, а мужчина нес Венар.
- Я сама могу лететь!- шепнула она своему носильщику, но тот только сдвинул брови.- Правда, могу!
- Я не сомневаюсь,- шепнул он в ответ, еще крепче прижимая к себе девушку.
- Вы говорите на моем языке?- обрадовано произнесла Венар.
- Естественно,- ухмыльнулся он.
- Тогда скажите: от кого вы так меня охраняете?
- Это вопрос долгий, поэтому не стоит обсуждать его в полете.
- А лететь нам долго?
Тут к ним подлетел Герон на широких абсолютно черных крыльях, глаза его сверкали. Он что-то рявкнул на их языке. Мужчина, что нес Венар на руках, поднял брови, но лицо его стало покорным. Он вдруг заглянул девушке прямо в глаза и произнес какие-то странные слова, но она тут же перестала четко видеть его лицо, а потом погрузилась в глубокий сон.

Она просыпалась медленно, чувствуя себя отдохнувшей, полной сил, но глаза открывать не торопилась. Она наслаждалась тишиной, что окутывала ее со всех сторон. Такой приятной тишины она не слышала очень давно. Воздух был пропитан свежим ветром, запахом деревьев, воды и нагретого камня. А еще было очень тепло внутри – так тепло, как не было никогда в жизни. Тепло и спокойно, будто она вернулась…
- … домой,- прошептала она, медленно открывая глаза.
Первое, что она увидела, был высокий сводчатый потолок из белого камня, украшенный какими-то рисунками и росписями. Слева от изголовья оказалось высокое трехстворчатое окно, но без стекол, от пола почти до самого потолка, завешенное легким тюлем. Венар села, чуть отодвинув мягкое белое покрывало, которым была накрыта.
Она лежала на ложе, в углу большой комнаты, среди подушек и покрывал. Напротив окна была широкая арка, ведущая в какую-то другую, такую же каменно белую комнату. Здесь же, где проснулась девушка, у противоположной от постели стены, стояла кушетка со спинкой, с высокими подлокотниками и подушками белого цвета. На полу лежали ковры, на взгляд не менее мягкие, чем ее одеяло. Над кушеткой было четыре ниши – в одной был поставлен ее рюкзак, в другой сложены стопки каких-то тканей, третья зияла пустотой.
Венар поднялась, с удивлением увидев, что на ней простая белая рубашка, очень тонкая, но длинная, почти до колен. Ворот ее был открыт, но зашнурован тонкими красными нитями. Длинные рукава скрывали кисти рук. Девушка попыталась найти свою одежду, но нигде не было видно ни джинс, ни футболки, в которой она отправлялась с эльфами в неизвестность.
Венар на носочках подошла к арке и выглянула из-за нее: ее взору предстала маленькая, вытянутая в ширину комната. Оба ее конца заканчивались массивными дубовыми дверями слева и справа от арки. Напротив же стояли два каких-то архаичных кресла, между ними столик с кувшином, а над столиком – ниша, заполненная цветами.
Девушка резко дернула головой, когда уловила какой-то звук, что принес ветер сквозь окно, на котором колыхалась штора. Девушка подошла к ней вплотную – за окном начинался белый балкон, с перилами в виде раскрывших крылья эльфов, с низким столиком посередине и разложенными тут и там подушками.
Венар несмело отвела занавеску и ступила на теплые плиты балкона. Она несмело двигалась вперед, и с каждым шагом все шире открывала глаза, потому что перед ней открывался вид на бело-зеленый город. Подойдя к перилам, она застыла, медленно ведя глазами до горизонта. Слева от нее тянулась вперед белая стена здания, частью которого были и комната, и балкон, на котором стояла девушка. Здание было вытянуто вперед, отчего скрывало обзор той стороны города.
Впереди же, у горизонта, возвышались горы и зеленые холмы, а под балконом, на огромной равнине, раскинулись низкие белые дома, в один этаж все, но с арками, стеклянными перекрытиями крыш, бурной зеленью на крышах и стенах, с фонтанчиками и прудами во дворах, с белыми ступеньками крылец и переходов. Узенькие улицы, мощенные серыми брусками. Среди домиков возвышались вековые деревья, с толстыми стволами и густой листвой. Венар увидела несколько зеленых полян, в центре которых возвышались вылепленные фигуры, фонтаны или текли быстрые ручейки.
За домами, где-то посередине между балконом, где стояла девушка, и дальними горами, блестела река – широкая, бурная. Шум ее волн все отчетливее доносился до Венар. Она видела один мост, что вел на ту сторону, сплошь заставленную домиками и деревьями.
Но над той стороной, над милыми каменными домами возвышалась башня из темного, очень темного камня. На вершине башни девушка видела что-то, напоминающее меч или кинжал, или жезл наподобие того, что был у нее. Башня была широкой в диаметре и очень высокой, она казалась чем-то чужим среди великолепного зрелища из белых арок, мансард, галерей, лестниц, ваз и статуй, фонтанов и расписанных искусными мастерами стен.
Венар хотела посмотреть, что же там, за стеной, что отделяла балкон от других помещений, но больше она ничего не смогла увидеть. У нее появилась мысль взлететь и осмотреть все сверху, разглядеть эту красоту с неба.
- Впечатляет, не правда ли?
Венар вздрогнула и обернулась на этот твердый, немного севший голос. У окна стоял высокий старец – не старик, именно старец – с небольшой белой бородой и волосами до плеч. У него были глубокие морщины на всем лице, крупный нос и яркие, небесно-голубые глаза. На мужчине были уже знакомые Венар сапоги, но поверх лосин и свитера, опоясанного ремнем, у гостя был не плащ, а что-то, что напоминало очень широкий халат, с чересчур длинными и широкими рукавами, без пуговиц. Темно-синее одеяние старца было длинным и бежало за ним по полу. Гость стоял и глядел на девушку.
- Приветствую тебя,- он чуть наклонил голову и коснулся кончиками пальцев правой руки лба. Затем выпрямился и улыбнулся юной улыбкой, от чего его лицо тут же помолодело и озарилось.
- Здравствуйте,- робко ответила Венар, не зная, нужно ли ей повторить тот же жест.
- Не бойся, я не обижу тебя. Ты дома, теперь тебе некого бояться.
- Дома?
- Да, дома.
- А вы…?- Венар с надеждой смотрела на старца.
- Я Сифр, Первый Мудрец, Акта-Марк, как зовут меня тут,- представился он.
- Первый Мудрец?- у Венар было столько вопросов, что она не знала, с чего начать.
- Да, я глава Совета Мудрецов. Не волнуйся и не торопись, ты все узнаешь постепенно.
- Я Венар.
- Я знаю, дитя,- тепло улыбнулся Мудрец, делая несколько шагов к ней.- Я знаю о тебе даже больше, чем ты сама. И Венар вовсе не твое имя.
- Почему?- девушка не нашлась, что сказать.
- Потому что при рождении тебя нарекли Венерой.
- Значит, вы знаете меня? Меня и … мою семью?- уже смелее, не веря в то, что сейчас сможет узнать все о себе, спросила Венар, приближаясь к старцу.
- Да, я знаю и тебя, и твою семью. Кстати, нет ни одного ламарка, который этого не знает,- глаза Мудреца хитро сощурились.
- То есть?- насторожилась девушка.
- Дитя мое, Венар – имя, которым ты назвала себя людям, - это не одно слово, это два. Одно из них, главное – Нар – это фамилия твоего рода. Но это сейчас она уже воспринимается как фамилия, раньше же, много веков назад, ее переводили как «защитница, покровительница, повелительница». Сегодня же в «Нар» воплотилось все это. Все в одном слове – Нар, а «Ве» - это приставка, выражающее уважение и почтительность. На нашем языке сочетание Ве-Нар значит почти то же, что у людей «Ваше величество».
- Погодите,- девушка помотала головой, ничего не понимая.- Вы говорите, что я назвала себя этим именем… Но почему?
- Потому что с самого рождения к тебе иначе не обращались. Ты – Ве-Нар, ты наша повелительница и защитница. Почти то же, что у людей королева или императрица.
- Что? Вы хотите сказать, что я…?
Старец снисходительно кивнул, сложив перед собой руки. На лице девушке отразилась масса чувств: от недоверия до радостного удивления. Ей, сироте, без семьи и дома, задире и плохой ученице, было сложно представить, что все это наяву, что она – эта Нар, королева.
- Я понимаю, что для тебя это новость слегка шокирующая, но ты привыкнешь. Ты Нар, и ты вернулась к нам после стольких лет,- Мудрец при этих словах светился неподдельным счастьем.- Тебе еще многое нужно узнать, но ты узнаешь в свое время, ты все сможешь, ты всему научишься…
- А моя семья?- вдруг спросила Венар, пристально глядя на Сифра.- У меня ведь есть… семья?
Прошли долгие несколько секунд прежде, чем старец заговорил, старательно подбирая слова:
- У тебя есть семья, у тебя семья очень большая. Но я знаю, о чем спрашиваешь ты. Нет, у тебя нет родителей.
Глаза девушки потухли, она отошла к перилам, вычерчивая пальцем их узоры.
- Почему?
- Твой отец погиб почти два цикла назад, а мама…- голос Сифра дрогнул, будто он пытался сдержать свои чувства, но не смог.- Не прошло еще и дюжины восходов, как мы погребли твою маму. Она умерла от горя и усталости.
Венар резко повернулась к старцу:
- От горя?
- Да, она страдала после смерти твоего отца, но еще сильнее она страдала из-за того, что тебя не было рядом. Жаль, что она так и не дождалась твоего возвращения.
Венар кивнула, глотая непрошенные слезы – непрошенные в такой счастливый для нее день, день возвращения домой.
- Но у тебя есть старшая сестра, Вера.
- Правда?- изумилась девушка, поборов свою грусть и повернувшись к Сифру.- Старшая?
Старик кивнул.
- Но как же? Если она старшая, тогда почему я…
- Ты судишь наш мир по законам того мира, мира людей. В семье Нар наследник – младший ребенок в семье.
- Почему?
- Ты узнаешь обо всем, не спеши,- Сифр потрепал девушку по плечу.- Думаю, что сейчас тебе нужно привести себя немного в порядок и позавтракать.

@темы: настроение, творчество

19:34 

Свет ее души

Девушка с крыльями и хвостиком
Название: Свет ее души
Автор: Сфинкс
Герои: ГП/ГГ-У; АСП
Жанр: Роман
Размер: мини
Рейтинг: PG гет
Саммари: Джинни погибла от рук оборотней, врагов Гарри. Рон укушен, он уходит из семьи и скрывается, навсегда оставив Англию и отпустив Гермиону. Они остались одни в новом мире, связанные самыми крепкими чувствами и отношениями. Позади - счастливая жизнь двух семей. Впереди - жизнь новой семьи, в которой все совсем не так, как кажется окружающим. Несколько дней из жизни, в которой все изменилось, и еще один взгляд на любовь...
Примечания: сайд-стори к "Паутине". 20 лет после смерти Волан-де-Морта, АУ к эпилогу ГП7.
Примечание-2: выложено на ХогвартсНэте...


От автора: Те, кто не знакомы с предыстроией, вряд ли смогут полносью понять нить событий и подоплеку всех слов и чувств. Как так получилось и почему, сможет рассказать "Паутина". Этот фанфик - всего лишь ответ на вопрос, что же все-таки между ними. Ответ для тех, кто все еще ищет его. А для меня это была еще одна возможность увериться, что любовь имеет множество обличий и форм, но все равно остается тем, ради чего и с помощью чего мы живем...

***
Была ночь. С тихом доме не было слышно ни одного звука, и это немного пугало.
Гарри замер у окна. Вот сегодня он пересек невидимую черту. До момента, когда он вернулся с берега озера Дин, в его жизни еще была Джинни, потому что был жив тот, кто ее убил. А сейчас его нет, нет какой-то точки, от которой Гарри мог бы отталкиваться, сохраняя в своей душе призрака Джинни.
Уходили в прошлое страшные ночи одиночества, полные вины и скорби. Она, единственная, кто столько лет помогал ему жить дальше, забывать о семи годах потерь и испытаний, погибла от рук его врагов. Он был виноват, как и в смерти Сириуса… Но и это уходило в прошлое.
Вот сегодня он должен отпустить ее, потому что ни местью, ни любовью, как бы она не была сильна, жену уже не вернуть. В прошлое уходили тихие вечера на качелях, их походы по магазинам, ужины всей семьей… Но только не воспоминания о ней. Только не любовь к ней.
Не было Джинни. Не было Рона, ушедшего от них и от самого себя. Не было прошлого, не было Золотого трио. Был лишь этот тихий дом и разбитая жизнь, в которой, кроме детей, остался лишь один человек.
Лишь она, спасшая его от бездны боли и отчаяния.
И без нее он теперь не мог помыслить себя.

***
Гарри спал спокойно, очки его съехали на бок, чуть не хрустнув, когда он повернулся. Именно поэтому он был вырван из сна, где было так хорошо и спокойно.
Гарри сел на постели и взглянул на циферблат часов. Половина третьего ночи. Он чувствовал себя ослабшим, но намного лучше, чем раньше. А еще он хотел пить.
Он встал и пошел из комнаты, на ходу приглаживая взъерошенные волосы и поправляя очки. Гарри тихо заглянул в комнату к Альбусу – мальчик спал, подложив под щеку ладонь и улыбаясь своим снам.
Гарри вскинул голову, когда услышал шаги. Кто ходит, неужели Гермиона? Может, что-то случилось?
Он выхватил палочку, почти бесшумно толкнул дверь в спальню Гермионы и замер, увидев ее силуэт на фоне горящего камина.
Она стояла лицом к камину, завернувшись в клетчатый плед. Гарри осторожно приблизился, заметив, что она смотрит на огонь. Нет, не на огонь. На что-то в ее руках. Он подошел почти вплотную, когда она, наконец, почувствовала его присутствие. Вздрогнула, обернулась и подняла на него чуть влажные глаза. В руке, отраженное пламенем, озарилось золото медальона. Медальона Рона.
Она не прятала взгляда, не опускала руку с цепочкой, вообще не двигалась. Просто смотрела на Гарри, безмолвно делясь с ним тем, что было на ее душе. И Гарри понимал все, как много лет понимал каждый ее взгляд, каждый жест, каждое слово. Теперь он не только понимал ее – странно, но он словно ее чувствовал, когда смотрел в ее глаза. Словно какая-то нить связала их. Раньше этого не было.
Она молчала, но этого было достаточно. Гермионе было больно. Опять боль из-за Рона. Он ушел, испугавшись себя. Он нашел самый простой для себя выход. Или самый сложный… Не бороться с волком внутри себя, не пытаться снова жить, как прежде… Просто уйти и начать все заново.
Гарри понимал, как больно сейчас стоящей перед ним женщине. Но она сильная. И она понимает все. И принимает. Ей просто больно.
Гарри шагнул к ней, к тому свету, что излучали ее глаза. К его свету. Плед скользнул с ее плеч. Медальон ударился о пол и отскочил куда-то к камину. Он знал – так и должно быть. И она не будет искать.

***
Гермиона обняла его, судорожно вздохнув в его плечо. Он потерял ее взгляд, но не ту нить, что, казалось, еще крепче связала их. Крепче тех лет, что были у них общими. Потому что те годы и те события, что остались там, в прошлом, были не только их. А эта связь, как ниточка, как луч странного, прохладного солнца, была только их.
Откуда взялась эта связь?
Откуда?!
- Этой ночью целительница душ, подруга Джеймса, совершила обряд магии,- словно читая его мысли, прошептала Гермиона, не отстраняясь.- Она спасала твою душу. От тебя самого, твоей боли, твоей вины, твоей скорби.
Он вспомнил – в тот момент, когда взял ее за руку. Как там, в ночном сумраке его внутреннего ада из вины и отчаяния. Он вспомнил адскую боль, которую испытывал, совершая те несколько внутренних шагов, что вели к свету. К ее свету.
Он вспомнил. Вспомнил, как рвались железные путы, сковавшие его сердце, его душу на много лет. Они рвались, причиняя боль каждым невидимым движением его души, которую она спасала. И только ради нее, ради ее желания уйти оттуда, из его душевной тьмы, он терпел эту боль.
Они молчали, прижавшись друг к другу, соединенные нитью их душ крепче, чем любые слова, любые клятвы. Они оба чувствовали эту нить. И свет, наполнивший его душу. Его глаза.
Понимание не пугало, Гарри был даже рад, что не нужно говорить лишнего. Говорить не хотелось.
Она предоставила ему право выбора, но знала, что выбора как такового у них уже не было. Выбор за них сделали другие: Рон, ушедший в прошлое, целительница Ксения, впустившая ее свет в его тьму, Альбус, прижавшийся к Гермионе неожиданно доверительно. У них почти не было выбора. Почти.
Это «почти» Гарри преодолел за один взгляд на нее, стоявшую у камина с медальоном, который, казалось, стал центром того, что звалось теперь «прошлое». Рыжие отсветы от огня играли на ее волосах, словно отсветы тех людей, что еще недавно были с ними. Были и всегда будут.
Никогда не было Гарри и Гермионы. Были Рон и Гарри. Было Золотое трио. Были Рон и Гермиона.
Невозможное стало возможным, окутанное светом ее души.
Плед комком лежал у их ног. За окном падал снег, освещенный лунными бликами уличного фонаря.
И словно далекое эхо прошлого, когда-то и где-то услышанного и увиденного, – пение феникса…

***
Гермионе показалось, что она спала не более получаса. Она чуть вздрогнула, просыпаясь, и уже каким-то привычным жестом протягивая руку, чтобы почувствовать тепло рядом. Тепло Гарри. Ее Гарри, почти потерянного, но вновь обретенного.
Страшно, когда умирает надежда, когда не остается даже крохотного шанса, когда ожидание чуда теряет всякий смысл. Страшно и больно.
Три дня назад в их с Роном спальне, у камина, который много лет согревал их и окутывал теплом, умерло прошлое. Гарри уже расстался с ним, потеряв Джинни и смерившись с уходом лучшего друга.
Теперь прошлое умирало и в ней, потому что ее любимый, всегда близкий Рон, уже не раз уходивший, на этот раз не вернется. И Гермиона чувствовала тупую боль и судороги, с которыми внутри нее умирало прошлое. Умирало все то, что когда-то было с Роном. Оставалась лишь память, которая с годами, наверное, перестанет болезненно отдаваться внутри.
Он сам выбрал свой путь. Он сам решил вычеркнуть ее из своей жизни. Он сам сделал выбор. Он своими руками разорвал все то, что связывало их.
Его обручальное кольцо, которое он прислал ей, разрывая все, что было раньше, словно вынося свой вердикт их долгой семейной жизни. Вынося свой смертный приговор. Теперь это свидетельство счастливо прожитых лет лежало где-то в их спальне, у потухшего камина, как свидетельство безвозвратно ушедшего.
Теперь ничего не изменить. После той ночи пути назад уже нет. Да у нее его и не было. И выбора у нее не было. У Рона был, и он его сделал. Выбор был у Гарри – и он тоже его сделал. Он увидел свет и шагнул за ним из своего ада.
У нее не было выбора. Рон ушел, и остался лишь один человек, который мог заполнить пустоту в ее душе. И в ее сердце. Человек, который давал надежду.
Один. Единственный. Самый близкий. Самый сильный. Самый ранимый. И, наверное, самый любимый…
В комнате было прохладно и темно. Видимо, камин погас уже давно. Значит, спала она дольше, чем ей могло показаться.
Рука нащупала лишь холодные простыни. Гермиона резко открыла глаза и тут же увидела силуэт Гарри у окна. Мужчина был озарен лунным светом, делавшим все очертания какими-то нереальными.
Гарри. Единственный. Их осталось лишь двое. Двое наедине с большим, по-новому жестоким миром. Жестоким, потому что еще недавно она была женой его лучшего друга. А он всегда был согрет теплом и любовью Джинни.
Теперь их только двое. И любовь у них одна. На двоих.
Гермиона встала, кутаясь в одеяло, босыми ногами ощущая холод пола. Она подошла к Гарри и обняла его. Он не вздрогнул – лишь накрыл теплыми ладонями ее руки.
- Почему ты не спишь?- тихо спросила она, поцеловав небольшой шрам на его плече.
Гарри не ответил, расцепил ее руки и обернулся. Глаза его казались очень темными, пробившаяся щетина оттеняла упрямо сжатые губы.
Гермиона бросила взгляд на луну, что стояла высоко в небе, и на желтую дорожку, на полу комнаты. Потом встретилась с ним глазами. Она была уверена, что думают они об одном: о Роне. Теперь при виде луны они всегда будут думать о Роне, о Роне-оборотне. Как раньше думали о Люпине.
Хотя Гарри и сейчас думает о Люпине, Гермиона была уверена. Потому что, хоть он и освободился от страшного пуда вины, от воспоминаний он не освободится никогда, как бы весь магический и не магический мир не желал, чтобы все было хорошо.
- Смотри, мы стоим на конце лунной дорожки,- прошептал Гарри, указывая на свои ноги.
- Почему на конце?- Гермиона шагнула к нему, поднимая голову.- Мне кажется, что на начале.
Гарри пожал плечами, чуть улыбнувшись.

***
Ей снова снился Рон: он сидел на крыльце их дома и строил домик из дощечек. Иногда он поднимал глаза и смотрел на горизонт, словно пытался там что-то заметить. И снова возвращался к своему занятию. Она хотела подойти, коснуться, заговорить, но как только она делала шаг вперед, и Рон, и крыльцо, и дом словно тоже делали шаг – от нее. И она не могла приблизиться к нему. И это бессилие казалось уже чем-то привычным.
- Доброе утро!- ей на ноги приземлилось что-то большое и тяжелое.
- Ай!- вскрикнула она, мгновенно просыпаясь.
- Не «ай», а «Ал»!- рассмеялся мальчик, подпрыгивая на постели. На сыне Гарри была зеленая пижама, очки чуть криво сидели на носу.- Вставайте, я вам завтрак приготовил!
Гарри рядом потянулся, освобождая руку, на которой спала Гермиона. Он лениво улыбался, садясь на постели и глядя, как Альбус слезает на пол и поднимает поднос с завтраком.
- Ты давно встал?- Гермиона взяла протянутую ей кружку с молоком, где плавало что-то, напоминающее клубнику, которую долго мяли.
- Да,- кивнул Альбус, вручая отцу такую же кружку. Гермиона и Гарри переглянулись, сдерживая улыбки: кулинар из Альбуса был знатный, только вот есть его блюда мог только он сам.- Держите бутербродики…
Гермиона изучающе посмотрела на свой «бутербродик» слоев в двадцать, не меньше. Тут были и хлеб, и колбаса, и сыр, и масло, и листья капусты, и ветчина, и кусочек лимона, и, кажется, слой джема. Есть это было опасно для жизни.
- Альбус, можно я с тобой поделюсь? Мне столько не съесть,- Гермиона разделила бутерброд на две части – сладко-фруктовую и сыро-колбасную. Сладкую часть она отдала довольному собой Алу, кинув насмешливый взгляд на Гарри, которому придется есть все, что сын ему состряпал. Гарри подмигнул ей и принялся за еду.
Втроем они жевали, иногда улыбаясь. Альбус перемазался джемом и побежал умываться.
Осенний сумрак наполнял комнату чем-то тоскливым и неприятным, но, взглянув на Гарри, Гермиона сразу же отмела эти чувства: так светились его глаза. Она не сдержалась и поцеловала его в уголок губ – легко, мимолетно, вызвав у него легкую улыбку.
- Ты пойдешь сегодня в Министерство?- спросила она, поглаживая его по небритому лицу, черпая силы в его взгляде. Если бы его не было, как бы она жила? Как бы она пережила эту пустоту, одиночество в своем доме…
Он кивнул, чуть хмурясь, очевидно, почувствовав ее состояние. Обнял, прижал к себе, зарывшись лицом в ее распущенные волосы:
- Все будет хорошо, не грусти.
- Я не грущу,- ответила она, чуть отстраняясь.- Может, будем вставать? Мне тоже нужно уже на работе появиться… Ты пойдешь за вещами?
Гарри кивнул, отпуская ее.
- Как думаешь, выйдет из меня преподаватель для мракоборцев?- спросил он, глядя, как Гермиона расчесывает волосы.
Она лишь улыбнулась, насмешенная его неуверенностью.
- У тебя все выйдет, Гарри Поттер,- тепло сказала она.
- Я уже оделся!- в комнату влетел Альбус, в свитере и джинсах, с зубной пастой на подбородке.- Я хочу пойти с вами!
- Куда?- Гарри сел на кровати, спустив ноги, и потянулся, чтобы стереть пасту с лица Ала.
- В Министерство, конечно,- отозвался мальчик, оборачиваясь к Гермионе.- Ну, возьмите меня, я буду хорошо себя вести. Вам все равно меня не с кем оставить, а дедушка простыл, он меня может заразить… Тедди сам на работе, так что вам ничего не остается, как взять меня с собой!
Гарри и Гермиона переглянулись и рассмеялись.

***
Гермиона стояла в своем кабинете, не зная, за что же взяться. На ее столе, где всегда царил порядок, сейчас был сумбур из документов, скомканных свитков, перьев. Словно это было материальное выражение прошедших месяцев. Теперь нужно было наводить порядок: на столе и в себе.
Она потянулась за документами, чтобы сложить их аккуратно, но тут же остановилась, глядя на фотографию, что стояла на ее столе с тех пор, как она перешла работать в этот кабинет. Рон и дети. Только сейчас на снимке не было Рона. Даже отсюда он ушел…
Она качнула головой, отгоняя грусть, и принялась за уборку, делая все руками. Не хотелось применять палочку – так легче.
- Гермиона.
Она обернулась, бросив взгляд на часы: время ленча, когда они должны были встретиться с Гарри, еще не пришло. Но он стоял на пороге – взъерошенный, чисто выбритый, без мантии, с закатанными рукавами рубашки.
- Что случилось?- она даже не успела подумать, почему решила, что что-то случилось. Она просто знала – по одному взгляду на него.
- Альбус.
- Он же был в Штабе, с тобой,- Гермиона взяла его за руку и вывела из кабинета, размышляя, куда мог деться мальчик. Она не собиралась даже думать о том, что что-то случилось. Не могло, потому что все, что могло произойти с ними, уже случилось.
- Он был с Тубой,- Гарри запустил руку в волосы.- Я думал, что он пошел к тебе… Я всего на минуту его оставил…
- Гарри,- она остановилась и заглянула в его глаза, обнимая за плечи,- все будет хорошо, ты же знаешь Альбуса. Он где-нибудь сидит и ест шоколад. Или обсуждает с Министром разведение драконов…
- Да,- покорно кивнул мужчина,- я уже отправил всех мракоборцев его искать.
- Ну, еще бы,- усмехнулась Гермиона, быстро размышляя, куда, вероятнее всего, мог отправиться Альбус.- Ты был бы не ты, если бы не поставил на уши пол Англии.
- Ты так говоришь, словно…
- Гарри, Альбус найдется,- она остановилась, потом повернулась к нему:- Он знает, где находится Отдел Тайн?
- Что?
- Гарри, твой сын связан с тобой ментально, ты это знаешь. А о каком месте в Министерстве ты больше всего всегда думал?
Гарри нахмурился, потом развернулся и поспешил к лифтам. Но двери открылись без вызова, и оттуда вышел охранник, держа за руку Альбуса.
- Мерлин, Ал, никогда так больше не делай!- Гарри подхватил его на руки, обнимая.
- Этот юный джентльмен уверял, что он направлен лучшим из мракоборцев с секретным заданием в Отдел Тайн,- усмехнулся охранник, подмигнув Гермионе.- Он так и не раскрыл секрета, кто же он такой.
- Простите,- проговорил Гарри, опуская Ала на пол, все еще крепко держа за руку.- Я с тебя больше глаз не спущу…
- Пап, я видел Министра,- мальчик потащил Гарри по коридору, и Гермиона улыбнулась, глядя на эту пару. Никто никогда не мог сердиться на Альбуса, а Гарри вообще теперь потакал каждому желанию мальчика. И это, конечно, понятно…
- Гарри, ты уже все вещи собрал?
- Нет, я…
- Альбус, пойдем со мной, пусть папа доделает свои дела,- Гермиона взяла мальчику за руку и подняла взгляд на Гарри.- Я не позволю ему никуда уйти.
- Я знаю,- кивнул мужчина, глядя прямо в ее глаза.- Я скоро за вами приду. Альбус,…
- Слушайся Гермиону,- закончил за отца Ал.- Но только если у нее в кабинете есть шоколад. В твоем кабинете даже старого леденца не было…
Гермиона рассмеялась и повела Альбуса за собой. У дверей она обернулась: Гарри все еще стоял посреди коридора и смотрел им вслед. Она улыбнулась ему, он кивнул и пошел к лифтам.

***
Сколько себя помнила Гермиона, рабочее время после обеда всегда мчалось стремительно – в отличие от утреннего, когда сотрудники отдела магического правопорядка разгребали документы, бегали по этажам, собирая данные и свитки, что накопились за предыдущий вечер и ночь. Вот и сегодня не успела она пообедать, как часы над ее столом в маленьком кабинете Отдела показали половину шестого.
Одновременно с тихим боем часов в приоткрытую дверь влетела служебная записка, перевязанная лентой, чтобы не развернулась, и спланировала на стол, прямо на стопку уже подписанных Гермионой документов. Кингсли почему-то решил назначить ее начальницей Отдела, и теперь ей приходилось буквально тиражировать свои подписи.
Гермиона развернула записку, куда был вложен еще один свиток: «Прилетела сова из Академии». Женщина улыбнулась и распечатала письмо, где знакомым уже много лет почерком было написано (сразу видно, что в спешке – как это похоже на него) несколько строчек.
«Гермиона, забери, пожалуйста, Альбуса из «Норы», я задерживаюсь. Встретимся дома вечером. Гарри».
Опять задерживается… Хоть он всего два дня в Академии. Кажется, смена места работы мало повлияет на его рабочий настрой. Джинни постоянно его ждала, когда он был мракоборцем: он дежурил за себя и за других, задерживался, опаздывал, доделывал срочную и несрочную работу… В этом был весь Гарри – хоть борец с темными магами, хоть преподаватель на кафедре Защиты от Темных Искусств магической Академии…
- Миссис Уизли…- в кабинет влетела воздушная секретарша Отдела, вечно улыбающаяся, с пачкой документов в руках.
- Нет, Бетти,- Гермиона поднялась, отвечая на улыбку девушки и поднимаясь, чтобы переодеться.- Я ухожу…
- Ну, и правильно,- легко согласилась Бетти, глядя на начальницу аквамариновыми глазами.- Вы слишком много времени проводите на работе, а вы такая молодая и красивая, к тому же теперь свободная…
Гермиона резко обернулась к болтливой Бетти, и та, тут же осознав, что сморозила глупость, покраснела и извинилась. Гермиона промолчала, тут же взглянув на фотографию, что стояла на ее столе, - она даже не подумала о том, чтобы убрать ее. Стояла так же, как и все годы ее супружества. На фото были Рон с маленькими Розой и Хьюго. Только Рон в последние недели редко появлялся из-за края рамки.
- Давай бумаги, я дома все посмотрю,- Гермиона убрала рабочую мантию и достала папку, куда и убрала документы.- Будут спрашивать – через час смогут найти меня дома.
Женщина кивнула секретарше, которая все еще переживала свою болтливость, и покинула кабинет.
- До свидания, миссис Уизли,- махали ей сотрудницы, и ей показалось, что за ее спинами они сочувственно переглядываются. Конечно, она ведь теперь соломенная вдова… Как все глупо, хотя ей было наплевать, что думают о ней другие. Жаль, что это ненужное сочувствие вполне может коснуться и Гарри.
Через пять минут она уже выходила из камина на кухне «Норы», отряхиваясь от пепла.
- Привет, Гермиона,- от плиты, в фартуке и с чайником в руках, отошла Ангелина.
- Привет,- она положила сумку на стул, скинула пальто и расслабленно протянула руки к огню.- Где все?
- Альбус повел дедушку в магазин за конфетами, потому что у него закончились,- рассмеялась Ангелина, ставя перед подругой чашку и наливая чай.- Джордж взял мальчиков на квиддич…
- Понятно,- Гермиона с благодарностью приняла чашку, грея руки.- Гарри попросил забрать Ала…
- Придется теперь ждать,- Ангелина села рядом, внимательно глядя на подругу.- Как вы?
Гермиона кивнула, не зная, что же хочет услышать жена Джорджа. Наверняка все Уизли, как и они с Гарри, только сейчас начали адаптироваться снова к мирной жизни, правда, к жизни совсем другой. Медленно и болезненно оседало возбуждение, вызванное страхом, горем и борьбой. Они привыкали ко всему, что было теперь в прошлом.
- Ничего, справляемся,- наконец, заговорила Гермиона, опуская глаза.
- Не мучай себя,- Ангелина потрепала ее по руке, сочувственно заглядывая в лицо.- Ты ни в чем не виновата, он сам не оставил тебе выбора. Вы с Гарри молоды, у вас еще целая жизнь впереди… Хорошо, что не замыкаетесь…
Гермиона опять кивнула, четко осознавая, что никто не понимает того, что происходило между ней и Гарри. По глазам родных, коими стали для нее за эти годы все Уизли, она видела, что не понимают. Да и не объяснишь, потому что трудно облечь в слова всю палитру их чувств, эмоций, необходимости и осознанного выбора…
- Перси говорил, что ты что-то узнала о Роне…- Ангелина все же не сдержала любопытства.
- Да, я наводила справки по министерским линиям,- Гермиона отвернулась, чтобы подруга не видела ее глаз. Перси стоит хотя бы иногда молчать о том, о чем его просили молчать.- Его палочка зарегистрирована в Министерстве Болгарии. Там же зарегистрирована и палочка Сары Йонсон…
- Ты как-то пыталась с ним связаться?
- Нет.
- Гермиона!
Они вздрогнули, но Гермиона даже с облегчением вздохнула, оборачиваясь к Альбусу.

***
Гарри вышел из класса для практических занятий, кивая прощавшимся с ним слушателям Академии. Он провел всего пару занятий, для пробы, но на них ходили чуть ли не все студенты. Это было неудивительно хотя бы потому, что он Гарри Поттер. Об этом он думал с усмешкой, но принимал как данность, ведь сегодняшнее занятие показало, что, из-за чего бы в его класс не приходили студенты, занимаются они усердно и с удовольствием.
- До свидания, мистер Поттер,- две высокие студентки мило ему улыбнулись и пошли по мрачному коридору Академии, о чем-то перешептываясь.
Гарри чуть повременил и тоже отправился прочь от класса. Нужно было еще переодеться и занести занятия в сетку расписаний, так что придется еще наведаться в комнату преподавателей, хотя не особо хотелось. Коллеги были слишком предупредительны и обходительны, словно сочувствуя его горю, хотя ему совсем не нужно было ничье сочувствие. Это причиняло беспокойство и вызывало тревогу. Вообще внешний мир был болезненно мешающим и до тошноты приторным…
- Привет, Гарри.
Он вздрогнул, едва успев закрыть за собой дверь в преподавательскую комнату. Ему улыбалась Лаванда Браун, которую он не видел очень давно. Женщина сидела за столом, изящно закинув ногу на ногу.
- Привет,- он справился с легкой растерянностью и чуть улыбнулся, подходя к расписанию на стене и доставая палочку, чтобы внести свои коррективы.
- Удивлен?- улыбнулась Лаванда, не отрывая взгляда от мужчины. Гарри чувствовал ее любопытный взгляд на своей спине.
- Я не знал, что ты тут работаешь,- пожал он плечами, поворачиваясь к однокурснице.
- А я не работаю,- опять по красивому лицу пробежала улыбка.- Я жду профессора Стоуна. Фредерик – мой жених.
Гарри кивнул, не зная, что сказать. Он слышал, что Лаванда недавно развелась с первым мужем, финансовым директором фабрик волшебных сладостей. Что ж, времени она зря не теряет…
- Может, мы сыграем две свадьбы одновременно?
- Прости?- Гарри удивленно взглянул на Лаванду, сердце его судорожно дрогнуло.
- Ну, мы с Фредериком, вы с Гермионой,- широко улыбнулась будущая миссис Стоун, накручивая локон на пальчик.
- А при чем тут мы с Гермионой?- Гарри достал из шкафа свою куртку, поморщившись: не думал он, что весть об их с Гермионой близких отношениях распространится так быстро. Хотя это же была Лаванда – в школьные годы они с Парватти Патил специализировались на подобных слухах.
- Ну, может, скоро у нас появится еще один малыш Поттер. Такой же умный, как Грейнджер, и такой же храбрый, как Поттер,- сладко проговорила Лаванда, глядя, как Гарри собирает вещи, чтобы уйти.
- С подобными заявками лучше обратиться к моему сыну Джеймсу – малыши Поттеры теперь на его ответственности,- отшутился Гарри.- Все, мне пора, счастливо!
- Привет Гермионе!
Гарри вышел в коридор и даже вздохнул с облегчением, надеясь, что Гермионе такого переживать не приходится, ведь, как он чувствовал и видел, она и так непросто справляется сейчас со всеми переменами в их жизни.
Да и плевать на всех, пусть думают, что хотят, потому что они не понимают того, что творилось в их семье в эти месяцы, не понимают, что произошло. Не понимают, что между ним и Гермионой… Все совсем не так, как все думают. Вот только как, сказать он не мог, да и не видел смысла выражать словами то, что выражать не было необходимости.
Гарри вышел в пустой коридор и пошел к камину, которыми тут были оборудованы все этажи. Он подумал о том, что, когда из школы вернутся дети, им всем придется о многом поговорить, многое решить. А еще им придется как-то жить всем вместе: Гермиона, Роза, Хьюго и Гарри с Джеймсом, Лили и Альбусом. Странно, как две половины их большой и дружной раньше компании вдруг стали одной. Странно, но очень естественно. Наверное, стоит за это сказать спасибо Ксении – видимо, целительница склеила не только осколки чего-то, что называют душой, но и осколки семьи…
Взяв немного пороха, Гарри ступил в камин и вскоре вышел в небольшой гостиной дома Гермионы. Повсюду можно было обнаружить следы пребывания тут Альбуса – карточки от шоколадных лягушек, обертки и фантики, разрезанные журналы и стакан с молоком. Но самого мальчика тут не было – лишь два кота Лили, которых Тедди принес несколько дней назад из того дома, гипнотизировали зелеными глазами остатки молока, явно не решаясь перевернуть стакан.
Гарри устало снял мантию и прошел в кухню, но и здесь никого не нашел. Мужчина тихо поднялся наверх и заглянул в спальню Хьюго, где сейчас жил Альбус.
- Привет, папа,- мальчик оторвался от созерцания своих рук, разрисованных зелеными красками.- Я рисовал себе татуровку…
- Зачем тебе татуировка?- изумился Гарри, садясь на пол рядом с сыном, потрепав его по черным волосам.
- Дядя Джордж сказал, что всегда мечтал о татуровке, но тетя Ангелина пообещала, что тогда сделает с ним что-то очень плохое…- Ал все еще созерцал свои руки.- Когда я вырасту, то у меня будет татуровка,- серьезно заявил Альбус.- Дракончик на груди, ладно?
- Когда вырастешь, тогда и поговорим,- рассмеялся Гарри, поднимаясь и вспоминая о хвостороге, которой его наградила Джинни еще в школьные годы.- Где Гермиона?
- Она спит,- Ал взял кисточку и принялся еще что-то изображать на запястье.- Я ее укрыл тихо-тихо…
- Молодец,- мужчина снова потрепал Альбуса по голове и вышел, решив, что отмывать сына он будет, когда тот закончит с нанесением всех татуировок.

***
Гермиона спала в кресле, накрытая клетчатым пледом. Рука ее свисала с подлокотника, волосы рассыпались по плечам. Но не это видел Гарри, подходя к единственной женщине, которая когда-либо проникала в его душу. Единственной, кто видел его так, как никто иной. Видела, чувствовала, а главное – не испугалась, выдержала. И эта сила Гермионы была самой яркой, как ему казалось, чертой на ее лице. Сила и усталость.
Гарри присел рядом с ее креслом, глядя на лицо, в сумраке казавшееся не просто усталым, а изможденным, хотя при свете дня было сложно заметить, что Гермиона изменилась так же, как он и как мир вокруг них.
- Спасибо,- прошептал Гарри, беря ее руку и целуя ее. Он не боялся разбудить ее, он, наоборот, хотел, чтобы она проснулась и посмотрела на него. Тогда прошедший день, как и прошедшие годы испытаний, уйдут в прошлое, растворятся. И пройдет осадок от разговора с Лавандой, и исчезнет саднящее неудобство, что неизбежно должно было появиться сейчас, когда война закончилась и нужно было привыкать к спокойной жизни.
- Ты неисправим,- прошептала Гермиона, открывая глаза и с легкой улыбкой глядя на него.- Только ты можешь задерживаться в Академии, хотя все занятия там давно закончились. У вас там есть дежурства?
Гарри усмехнулся, не выпуская ее твердой прохладной руки.
- Ты поел?- Гермиона села прямо, с удивлением глядя на плед, который оказался не просто накинут ей на колени, а привязан узелками к ножкам кресла – видимо, чтобы не упал.
- Нет еще,- Гарри рассмеялся, заметив узлы, и потянулся, чтобы освободить Гермиону.- Это не я…
- Докажи,- она взяла со столика палочку, зажигая камин и свечи в погруженной в сумрак комнате. Потом посмотрела на Гарри и запустила пальцы в его седые наполовину волосы. Он пристально смотрел на нее, понимая, что без нее сошел бы с ума.- Подай мне, пожалуйста, вот ту книгу…
Гарри не спросил, зачем. Он взглянул на обложку, дернув уголком губ: «Как улучшить свою внешность: сборник заклинаний».
- Решила покрасить волосы? Или тоже сделать татуировку?- Гарри передал ей книгу и сел на подлокотник кресла, заглядывая в страницы, на которых была положена закладка.
- Альбус нас теперь замучает этим,- серьезно заметила Гермиона, ведя пальцем по строчкам. Она сжала палочку и подняла на него глаза:- Сядь на пол.
Гарри послушно это сделал, размышляя, какое из увиденных им заклинаний – уменьшение морщин, нанесение загара или наращивание ресниц – Гермиона собирается на нем практиковать. Видимо, запал Ала заразен…
Он почувствовал легкое прикосновение палочки к его волосам, услышал шепот Гермионы. Ее дыхание щекотало шею.
- Все,- она прижалась губами к его затылку, обняв за плечи.- Словно и не было…
Гарри обернулся к ней, поднимая руку к волосам. Она взмахнула палочкой, притягивая к себе зеркало.
Гарри взглянул на свое отражение и устало прикрыл глаза. Гермиона смогла убрать седину из смоли его волос. Седину, что так рано и так быстро покрыла его не склонившуюся перед испытаниями голову. Теперь непокорные черные пряди снова стали такими, как до пасмурного дня, когда в Косом переулке была разбита их жизнь. Только на висках, как эхо прошедшего, серебрилась паутина.
- Словно и не было,- повторил он за ней, прижимаясь к ее груди и накрывая ее руки своими. Если бы все так же просто можно было исправить…
Они молчали. В камине играл огонь, отбрасывая рыжие тени на пол и стены.
- Меня сегодня спросили, не будет ли у нас с тобой ребенка,- проговорил Гарри, поднимаясь с пола.
Гермиона удивленно на него посмотрела снизу вверх, но промолчала. Они оба понимали, насколько глупым был этот вопрос, насколько неправильно окружающие воспринимали их отношения. Ведь с той ночи, что навсегда перечеркнула их прошлую жизнь, с тех мгновений их близости, ставшей словно мостиком к спасению через пропасть боли и пустоты, они не занимались больше любовью. Не договариваясь об этом, они оба поняли, что физическая близость не является главным между ними.
Здесь было что-то много большее, что-то более необходимое. Ласковое прикосновение, тихое дыхание во сне, легкий поцелуй или всего лишь спокойный взгляд были для них важнее даже самых страстных объятий. Почему так получилось, они не знали. Может, потому, что союз двух душ, покинутых и почти разбитых, не нуждался в физическом? Или же прошлое, в котором у каждого были свои ночи любви с самыми близкими и дорогими людьми, им обоим хотелось сохранить почти неприкосновенным? Они не знали, но совершенно четко понимали, что другим никогда не понять того, что жило здесь, в их комнате…
- Нам бы справится с теми, что у нас уже есть,- Гермиона подала ему руку, и Гарри помог ей подняться.- Когда вернутся ребята из школы…
- Я уже присмотрел большой дом недалеко от Лондона,- он потянул Гермиону в коридор.- Конечно, если ты не…
- Может, завтра съездим его посмотреть?- она с улыбкой протянула руку и стерла с его щеки пятнышко зеленой краски, потом перевела взгляд и улыбнулась:- Если, конечно, к тому времени мы отмоем Альбуса…
Гарри обернулся, чтобы увидеть стоящего на пороге комнаты Ала. Мальчик улыбался, демонстрируя ряд белых зубок, которые на фоне зеленого лица и зеленых рук казались чем-то чуждым.
- Я поход на дракона, папа?

***
В темном доме каждый шорох был хорошо слышен, но Ал давно научился ходить тихо, ведь Джеймс всегда ругался, если его будили, да и незачем взрослым знать, что Альбус по ночам любит бродить по дому.
Мальчик уже побывал на кухне, выпив стакан молока и съев пару конфет. Также он напоил кефиром двух котов, что теперь шли за ним по пятам, иногда мурлыкая, чтобы выразить сытое удовольствие. Теперь они поднялись на второй этаж. Ал остановился, решая, пойти ли спать или еще побродить.
Поразмышляв пару секунд, он кивнул сам себе и направился в одну из комнат. Толкнув дверь, он вошел в прохладную спальню с большой кроватью. В окно пробивался предрассветный сумрак.
Альбус разбежался и вспрыгнул на кровать, улыбаясь. Потом затих, увидев, что один из котов пытается что-то достать, запустив лапу за каминную решетку.
- Что ты делаешь, котик?- прошептал Ал, подойдя к зверю и опустившись на колени. Зверь блеснул зелеными глазами и чуть отошел, чтобы позволить Альбусу добыть предмет, что закатился в небольшую щель между полом и камином.
На ладошке мальчика была цепочка с медальоном, который он уже видел у Гермионы и дяди Рона.
- Наверное, она потеряла,- проговорил Альбус коту, и тот мяукнул, словно соглашаясь.- Нужно вернуть ей…
Втроем они покинули комнату. Ал толкнул дверь в спальню и остановился, глядя на Гермиону, которая спала, положив голову на плечо отца. Смуглые руки Гарри выделялись на фоне белого одеяла. Наверное, так им теплее, ведь камин в их комнате почти потух.
Альбус сделал два шага к кровати, залез на нее и задумался: ведь Джеймс не любил, когда его будят ночью. Может быть, Гермиона тоже этого не любит? Ведь можно подождать до утра, когда она проснется. Ал еще раз подумал, потом устроился поперек кровати и закрыл глаза, решив, что отдаст свою находку Гермионе сразу, как только та встанет.
Через несколько минут мерное дыхание мальчика присоединилось к спокойному дыханию Гарри и Гермионы. Лишь небольшая тень скользнула вдоль стены, и на кровать вспрыгнул рыжий кот. Он окинул взглядом людей, потом ткнулся мордочкой в расслабленную руку мальчика и тут же скатился на пол. В дверном проеме кот остановился и оглянулся – в зубах его на миг блеснула цепочка.
Скрипнула половица, и в доме воцарилась полная тишина.

@темы: Гарри Поттер, настроение, творчество, фанфики

11:46 

Девушка с крыльями и хвостиком
Итак, я вернулась домой. Уставшая, немного грустная, немного радостная... Пошел обратный отсчет до моего отъезда - 28-го августа я уезжаю в Париж. Но пока я тут, зарисовка про Гарри и Герми, которую я писала в Выборге, требует некоторых доработок, как смогу, так выложу - либо отдельным фиком, либо сюда, как зарисовку =)
очень по всем соскучилась =)

@темы: настроение, творчество

22:32 

Перекресток, Паутина... Поединок?

Девушка с крыльями и хвостиком
Поединок...

вполне возможно, что именно так будет называться сиквел к написанной уже "дилогии", хотя я бы не хотела, чтобы это стало трилогией...
их будут объединять герои....
главы будут носить отпечаток Паутины, вы поймете:

1. Джеймс Поттер
2. Лили Поттер
3. Роза Уизли
4. Ксения Верди
5. Скорпиус Малфой
6. Рон Уизли
7. Альбус Северус Поттер
8. (пока еще думаю)

Пролог написан, но выкладывать его не спешу: пока пишу в стол, не знаю, будет ли будущее у произведения, поскольку через 26 дней я уезжаю во Францию... билеты куплены, морально почти готова...
но ведь если есть герои, сюжет, название и даже эпиграф - это не может просто так исчезнуть в рутине жизни?

да, эпиграф:
"Прошлое связано с настоящим непрерывной цепью событий, вытекавших одно из другого" (А.П. Чехов "Студент")

@темы: Гарри Поттер, Париж, настроение, творчество, фанфики

18:18 

Я все еще пишу

Девушка с крыльями и хвостиком
Пишу: медленно, мало и пока бесперспективно, потому что есть много если... если так, если эдак... но все равно пишу, потому что уже не могу не писать... герои настолько уже живут во мне, что умирать и затихать не хотят... они говорят, они действуют... И я пишу...

"Джеймс вернулся в гостиную, достал палочку и пустил по комнате свежий воздух. На кресле лежала шаль, которую вечером надевала Ксения. Он взял шаль и улегся с ней на диван, вдыхая цветочный аромат духов жены.
Он был голоден, но с тех пор, как они жили вместе, он никогда не ел, если Ксении не было дома. Не потому, что почти не умел готовить (он ведь мог пойти куда-нибудь, хоть к родителям или Розе, они бы его покормили), а потому, что без нее есть не хотел. Лучше уж подождать чуть-чуть, а потом вместе что-нибудь сделать на ужин. Этой традиции было уже почти три года, и Джеймс никогда ее не нарушал. С того вечера, как она стала его женой.
Джеймс улыбнулся, блаженно вытягиваясь на диване и закрывая глаза. Ну, вспоминать о дне их свадьбы без ухмылки он не мог. Кто еще мог рассказать о том, что после бракосочетания молодая жена получила сову, что ее пациенту стало хуже, и она с мольбой смотрела на мужа, не решаясь уйти, хотя всей своей сутью стремилась туда, к больному. И Джеймс, конечно же, кивнул в ответ на ее взгляд, потому что знал, на ком он женился. Причем он не просто ее отпустил – он пошел с ней и весь вечер просидел с журналом, пока она, все еще в свадебном платье с накинутым поверх халатом, беседует со своим пациентом в закрытой палате больницы Святого Мунго.
Потом их поздравляли коллеги Ксении, и домой они пришли уже далеко за полночь. Она пыталась извиниться, но он не хотел этих извинений: более счастливого дня в его жизни не было и никогда не будет...

@темы: настроение, творчество, фанфики

22:08 

Девушка с крыльями и хвостиком
Он стоял у окна, глядя на серый день, переходящий в такой же серый вечер. За окном куда-то спешили серые люди, мчались машины, бежала мокрая собака. А он стоял у окна, равнодушно глядя на всю эту будничную, скучную, серую жизнь, в которой он был неоправданно одинок. Миллион раз заданный вопрос - почему? - так ни разу и не нашел ответа... Хотя, наверное, ответ он знал и так.

Он отвернулся, хмурясь так же, как погода за окном. День почти закончился, не принося ничего нового. Да он давно уже ничего и не ждал: просыплся, завтракал двумя бутербродами с чаем, шел на работу, где проводил положенное время, совершая положенные действия, потом шел домой, где ужинал и равнодушно слушал новости. Лишь потом он начинал Жить...

Вот и сегодня, отойдя от окна и шагнув к светящемуся монитору компьютера, от которого у него портилось зрение и часто болела голова, он почувствовал привычный всплеск чувств, оживление глубоко внутри. Он сел, привычно включил настольную лампу, потянулся, чтобы приоткрыть форточку, и замер, на миг ощутив приятную дрожь в пальцах.

На лице появилось совсем не свойственное ему выражение возбуждения, глаза засверкали, руки легко легли на клавиатуру. И клавиши застучали, роняя черные, пока мало что значащие буквы на белый лист экрана. Он не отрывал глаз от бегущей строки, на лице его появлялись то чуждая ему горькая усмешка, то задорная улыбка. Брови хмурились, рот кривился, глаза то зажигались гневом, то смотрели тепло и ясно.

Что там было, на этих белых листах, которые минута за минутой наполнялись буквами? Что заставляло его на два-три часа вдруг утрачивать обычное спокойствие? Его глаза никогда не смотрели Так, только в эти короткие моменты, когда он Жил...

Что было там, мало кому дано было понять. Это было похоже на вокзал, куда то прибывали поезда, то отправлялись. Люди расставались, люди встречались, они смеялись, шутили, обнимались, целовались, плакали. Там были Люди... Много - он четко слышал голос каждого, кто приближался, и голоса тех, кто был рядом. Он видел их судьбы - от рождения до смерти, он мог предсказать любой их шаг, хотя всего лишь несколько мгновений назад он и не ведал об их существовании. Иногда его внутренний вокзал затихал, и он тогда одиноко шел по перрону, пустому, гулко отзывающемуся на его шаги. И эта пустота была болезненной, почти физически ощутимой. Словно на том, последнем ушедшем отсюда поезде был кто-то самый важный, самый близкий и самый любимый, который уже никогда не вернется. И эта была боль потери, утраты, такой болезненной, какой он никогда не ощущал там, снаружи. Но вокзал вновь оживал, и он вдруг ощущал себя счастливым: счастливым сам по себе, в независимости от еще незнакомых ему людей, что заполняли платформу. И ради этого мига все и происходило. Ради мига внутреннего, чистого счастья, которое мало кто мог понять и единицы могли оценить.

Пальцы все медленнее бежали по клавишам, глаза потухали, как костер. Белый лист исчезал, и словно исчезал целый мир. Его мир, настоящий мир, внутренний, где за час происходило столько событий, сколько не было в его реальной жизни никогда.

Он возвращался, вставал со стула, гасил лампу, залезал под одеяло и еще долго лежал с открытыми глазами, слыша, как доносятся откуда-то издалека знакомые - уже родные - голоса тех, кто уже уехал, и тех, кто еще был на платформе. Он слышал их разговоры, он чувствовал их радость и печаль. И с этими людьми он засыпал, чтобы на следующее утро снова проснуться в мире, где он был одинок, в мире сером и обыденном. И весь день он будет жить мыслями о тех мгновениях, когда он снова будет Жить...

И пусть никто не будет знать об этой его Жизни - разве это так важно? Разве эта жизнь для кого-то? Нет, она для него, для того, чтобы он верил, чтобы он жил, глупо веря, что однажды все богатство его внутренней жизни вдруг воплотится в жизни наружной, вдруг кому-то где-то понадобится весь этот бурлящий, могучий миропоток, что кроется за грустными его глазами. Это Мечта, которую он ищет внутри и ждет, просыпаясь каждое утро в сером мире серых людей, которым не нужен он и которые не нужны ему...

Эта Жизнь для него, по его правилам, законам, по его желаниям. Никто не может в нее вмешаться, никто не может ею управлять. Это Чистота, это Свет, это Цель, которая однажды все-таки даст ему ответ - почему? А пока он просто засыпает, проводив очередной поезд...

@темы: настроение, творчество

16:39 

Перекресток закончен

Девушка с крыльями и хвостиком
вот, наконец, это произошло. "Перекресток" закончен. Писала медленно и иногда со скрипом, но все-таки сказала все, что хотела сказать. Каким он оплучился - решать читателям. Вот и все, наверное.
Грустно и как-то сразу одиноко, но все же с "Паутиной" было труднее, были слезы. А сейчас лишь тихая грусть и пустота.
Надеюсь, все найдут последнюю главу, она получилась в конце части седьмой, главы 5-9...

@темы: настроение, творчество, фанфики

11:33 

Переживаю

Девушка с крыльями и хвостиком
Переживаю: моя сестра с ночи в роддоме... Скоро она станет мамой, а я теткой... *пошла переживать дальше*

@темы: настроение, семья

17:06 

Вопрос без ответа

Девушка с крыльями и хвостиком
:hmm:Вот уже двадцать минут пытаюсь узнать, есть ли специальное название для позы мужчины, когда он кладет ни ногу на ногу, а будто углом - щиколотку одной ноги на колено другой? мои родные называют это аристократическим углом, но я вот что-то сомневаюсь... стала искать в поисковиках, но каждый раз при любой формулировке мне выдают кучу ссылок на Камасутру и подобные сайты с позами совсем из другой сферы жизни мужчины... сижу и смеюсь, но так ин е узнала, как же это называется... :thnk: :kto:

@темы: настроение

22:07 

Спойлер, или когда оживают рисунки...

Девушка с крыльями и хвостиком


это было той страшной зимой... будто не было счастья... будто не было Огня, что согревал его... он ничем не мог помочь, только ждать... он не умел молиться и не верил, что молитва к неизвстно кому поможет... он привык действовать сам, но сейчас вынужден был ждать и надеяться... как унизительно и больно...
он брел по зимнему лесу, и на глазах снег становился серебряным... словно он пытался вернуть тот день несколько лет назад, когда она была рядом и когда он смог ей помочь... чтобы хотя бы на миг создать иллюзию, что она сейчас выскочит из-за дерева, и серебро осядет на ее волосах...
еще минуту в этом лесу, а потом нужно будет идти в пустой дом и ждать...

@темы: Гарри Поттер, настроение, творчество, фанфики

16:00 

Мешочек

Девушка с крыльями и хвостиком
Ура, пуст ья маленькая дурашка, но я купила себе журнал Шахматы ГП, где вкладывался мешочек для шахмат. Уж не знаю, как туда можно засунуть все эти большие шахматы, но вот косметику туда очень даже хорошо класть, мешочек очень милый!!!

@темы: Гарри Поттер, настроение

13:01 

Утро :)

Девушка с крыльями и хвостиком
в 8.00 наша Ася решила ,что пора вставать, нечего дрыхнуть! на трех с половиной лапах, как хороший БТР, она ввалилась в мою комнату, вскочила на диван и начала меня обмусоливать... И кто говорил о больной собаке?! она обсосала весь бинт. и нам с мамой постоянно приходится ругать ее, потому что она пытается его выгрызть... даже водкой уже полили - все равно наша Ася продолжает с завидным упортством добираться до бинта... узнаю свою собаку... :) бегает и прыгает с хромой лапкой не хуже, чем со здоровой, значит, сухожилися сшивать ей не придется... ура!!! сегодня днем иду по делам, приду - и сяду писать главу, как ребята готовятся к экзаменам и как прошел финальный матч по квиддичу Слзерин - Гриффиндор..

@темы: настроение

14:21 

Ура! Слава админам ХН!!!

Девушка с крыльями и хвостиком
Они разобрались, почему же не грузилась глава - и вот оно, великое мгновение. Глава загрузиась, только вот многие уже наверное просто устали заглядывать на обновления, когда им приходили пстые уведомления, рассердились и перестали реагировать... но я надеюсь, что они вскоре все-таки проверят текст и найдут новую главу... и простят меня за муки... ура!!!! все-таки здорово, что админы Хога не забыли про меня и нашли, в чем была проблема... :)

@темы: настроение

13:06 

Смерть Хога?

Девушка с крыльями и хвостиком
Хнык, опять... у меня опять умер Хог, причем на том моменте, когда я собирала главы в часть... что осталось, что исчезло - теперь даже не узнать... Я надеялась, что сократив число глав, смогу все же залить новую главу... а ХН приказал долго жить... ушла в депрессию... эх...

@темы: настроение, творчество

12:14 

РОССИЯ!!!!

Девушка с крыльями и хвостиком
Почему не было записи сразу же?! Да поому что мы всю ночь отмечали!!! Спать не ложились!!! Голоса нет вообще!!! В городе было столпотворение: все обнимались, поздравляли друг друга. Флаги, крики, дудки...!!! а сколько эмоций!!! Даже спать не хочется!!!

ХИДДИНК - ты ЛУЧШИЙ!!! спасибо тебе огромное за то, что ты сделал для России.
Мальчики, СПАСИБО!!! Вы порвали голландцев, вы их растерзали!!!
Вы лучшие!

Вперед, Россия... ААААААААААААААААААААААААААААААААААА Мы в полуфинале!!!!!

@темы: настроение, футбол

12:49 

Слезы счастья

Девушка с крыльями и хвостиком
Кошмар, никогда не думала, что будет столько слез... мы с девчонками все - вместе с невестой - расплкалаись в ЗАГСЕ, когда они расписывались... Стоим, как три дурочки (невесте то это вполне нормально) и слезы вытираем, и улыбаемся... Все было так красиво, так здорово!!! А потом мы были в ресторане, где все почему-то пошло не так. н овес равно было весело... Уезжали, чтобы переодеться и все вместе поехать на фестиваль рок-музыки Воздух, что у нас каждый год проводится (типа "Нашествия")... Денис (жених) решил все-все шарики с собой взять, запихал в машину, что еле свидетельницу и невесту туда втолкнули... на меня взвалили ВСЕ цвет, из-за которых меня вообще не было видно... свидетель меня в машину тоже затолкнул... я порвала колготки, я была вся мокрая из-за воды на цветах... но выйти из машины я уже не смогла :) сначала раскапали - все понемногу брали с меня цветы, а потом выпала я :) зато повеселились))) На "Воздухе" тоже было классно (хоть я и не поклонница данной музыки, но второй год меня туда затаскивют на один день), наших молодых поздравили со сцены (потому что познакомились наши ребята в прошлом году именно на Воздухе, символично получилось)... Они были такие счастливые, окруженные вниманием... Так за них было радостно... воть
теперь я к вам вернулась :)

@темы: настроение, свадьба

20:04 

Свадьба

Девушка с крыльями и хвостиком
Завтра выдаю замуж подругу... А нервичаю так, словно сама под венец :) Бегаюпо квартире, ничего не могу нацти, звоню всем подряд... Пойду выпью валерианочки и невесте припрячу - вдруг завтра пригодиться :)

@темы: настроение

00:45 

Евро-2008

Девушка с крыльями и хвостиком
Гуус Хиддинк - нет слов.
Павлюченко, сколько можно бить мимо или в штангу/перекладину?!
Спасибо, мальчики, за красивую игру!
Главное - не дайте Нидерландам растерзать вас, как тузик грелку...
Акинфеев, Игорек - умница!

@темы: Игорь Акинфеев, настроение, футбол

Записки фантазерши

главная