Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
18:21 

Египет: записки отдыхающего и путешественника

Сфинкс
Девушка с крыльями и хвостиком

День пред-первый


Путешествие началось с поезда, в который я загрузилась в Птз. Поезд теперь не просто так, а фирменный, где дают цветные карандаши – видимо, из-за них цена на билеты подскочила практически вдвое. Но не будем придираться – сели, поели, почитали, поспали – вот и столица.

Бывают встречи, которые оставляют двоякое впечатление: грусти и радости. Грусти, потому что встречи редкие и короткие, а радости – что они все-таки случаются. Москва опять встречала митингами, словно их устраивают, как только узнают, что я туда еду. Ну, да ладно, что поделать, если сплошные выборы вокруг. Чуть не убилась на улице, потерялась на Белорусском вокзале – это минусы, а плюсы – я, наконец-то, пришла туда, куда нужно, а то есть у меня привычка не туда приходить и ждать…
Встречу можно было назвать двояко: встреча форума «Паутина» или «три поросенка идут в музей». А музей непростой – со скульптурами, именно то, что я люблю (вот если бы я еще не забыла в багаже фотооаппарат!). Жаль, конечно, что в основном там копии да слепки, но зато какое удовлетворение испытываешь, глядя на копию Венеры Милосской или Ники, ведь оригинал-то ты уже видела, и не раз… Я даже нашла копию моего любимого Фальконе, ну, той самой скульптуры, которую я
считаю выражением самой чистой и наивной любви…

В общем, было очень интересно, тем более, что рассмотреть копию огромного обнаженного Давида или вообще огромного коня – очень интересно… МакДо, книжный магазин – рай просто, если бы не моя сломанная на куртке молния, которая портила настроение, но зато я купила себе Гавальду, спасибо солнышку с ее феноменальной памятью…
Ну, и конечно, Му-му, где я очень пожалела, что до этого поела в МакДо. Вспомнились старые-добрые времена в Париже, была там одна клевая столовая «лопай, пока не лопнешь»…
А потом был аэроэкспресс, где взгрустнулось, да еще чуть шею себе не свернула, потому к нему нужно было идти через мост, а на него еще надо было взобраться, да еще с чемоданом, а потом еще и спуститься… Но ездить на аэроэкспрессе я люблю – плавно, тихо, комфортно…
Гостиница была просто классная, по-другому не скажешь. Такой домашний уют, что не хотелось уезжать. Небольшая комната на третьем этаже, мягкая кроватка, очень уютное кафе с сытными ужином и завтраком, деревянные лестницы и стены… Особая атмосфера. Думаю, надо еще как-нибудь быть там проездом…


День первый

Но утро, конечно, началось слишком рано, в такой-то кроватке. Аэропорт никогда не привлекал со всеми этими сниманиями обуви и ремней, паспортными проверками и долгими ожиданиями посадки. Зато не могла не нарадоваться – Сбер там осадил все «рукава», внутри и снаружи, просто вездесущий, не мог не сказать мне «пока»…

В самолете сидели долго, да и такого огромного самолета я еще не щупала, раньше все на небольших летала, где сидений два ряда три-два, а тут – Боинг! Три ряда, куча отделений, просто махина, как такая взлетела – не пойму, просто чудеса!

И вот почему всем всегда везет, и с ними в самолете рядом садятся сексуальные иностранцы, симпатичные девушки, милые парочки, а со мной всегда старушки! Причем старушки необъемные и невкусно пахнущие! Это проклятие! Покормили, правда, вкусно и сытно, особенно с удовольствием намазывала хлеб маслом и солила. Это, наверное, память тела – когда я раньше возвращалась после года во Франции домой, самой огромной радостью было получить в самолете вот этот самый хлеб с маслом и съесть, никаких деликатесов не нужно…

Сам полет – история вообще невообразимо отдельная. Пока летели над Россией, были сплошные облака, ничего не видно, а я так хотела посмотреть на Кавказ или Волгу сверху, если мы вдруг будем их пересекать… А потом как-то внезапно все расчистилось – и внизу оказалась синяя бездна… Это было Черное море, синее-синее, словно неба нет, ничего нет, ни облачка, ни кораблика. Смотришь – и ощущение, что самолет замер в пространстве, не двигается, потому что нет ничего, относительно чего он бы мог двигаться… Хотя пару раз я все же разглядела корабли.
А потом уже было не оторваться – турецкое побережье встретило снежными горами, снега было столько, что казалось, будто внизу много-много мороженого, покрытого шоколадной крошкой… Снежные хребты сменились равнинами, и тут вообще сложно что-то описать.
Представьте себе деревянный паркет: рейки разной длины и цвет их от нежно-розового до бордового, и вот повсюду этот паркет… Картина изумительная, описать сложно… А иногда казалось, что этот паркет находится подо льдом, и кое-где лед потрескался: от места, куда словно упал камень, расползались трещины. Это были городки и деревни, от которых во все стороны бежали нити дорог… И красные камни, бордовые равнины, коричневые хребты, и снова паркет…

И пришла в голову мысль: вот в такие моменты, вот в таких местах не существуют ни Смирнов, ни его жена, ни управляющий, ни начальница с ее вечными нервами и матами по пустякам – нет их и нет этих их пустяков, этих мелочей, над которыми мы вечно паримся, вечно решаем – нет их в этом мире. Это совсем иной мир – мир, созданный Богом, это прекрасная земля с ее паркетом, широкими реками или горными речушками, снежным мороженым гор, песками пустыни… Это и есть настоящий мир, настоящая жизнь, а все остальное – глупость, мелочь и нелепость… А сверху ты видишь всю колоссальность мира, в котором живешь, всю колоссальность задумки Создателя, всю его фантазию, красоту его мысли… Наверное, в такие моменты, между небом и землей, ты становишься ближе к тому, что мы зовем Богом…

А потом, внезапно, под крылом самолета показалось Красное море. Нет, конечно, оно синее, очень синее, как синяя гуашь, и мы летели вдоль береговой линии этого красно-синего моря, мимо каменных гряд, скал, гор, которые натыкались на коралловые берега моря… Иногда попадались «окошки» - голубая вода, очень голубая, тоже кораллы… А вдоль берега – отели, дома, города, а мы все летим над водой. И даже сначала сложилось впечатление, что самолет собирается сесть в воду – ну, так ему удобнее, он даже снизился над водой до того, что видно четко корабли и причалы, но все-таки сели мы на суше. Сели как-то очень резко, словно тормозить начали уже в воздухе, резко сели, но плавно, и как так точно описать эти два противоположных понятия, я не знаю. Вот летели – а вот уже катимся и аплодируем, а через секунду уже замерли, потому что тормозили еще с воздуха…
Жара. Это было самое лучшее из впечатлений по прилету на египетскую землю. Жар встретил, обнял и приласкал, и улыбка сама на лице появилась. Аэропорт огромный, красивый – и пустой. Все достаточно быстро, без проволочек, и вот уже приветливый араб Миша возле туристического автобуса начинает клеить одинокую девушку. Это уже потом он рассказал, что в Шарме девушек очень мало, потому что законы у них там очень строгие по поводу работы…
Первое впечатление от Шарм-эль-Шейха – одна большая стройка. Там везде строят новые отели, просто повсюду, перемежаясь с уже построенными. Отелей там 300 штук, нехилое количество, просто жесть, но строится их явно больше… По дороге в отели нам рассказали о валюте, об акулах, о такси и даже показали местную достопримечательность: из воды в лагуне торчит корабль, затонувший на коралловых рифах. Жаль, видели мы это издалека, но, может, еще предложат туда прогуляться на кораблике… И над лагуной нависают горы, такая красота и отдых для глаза, потому что ощущение сложилось, что Египет, по крайней мере, тут – это одна большая голая равнина, глазу не за что зацепиться…
Отель. Большой, как лабиринт Минотавра. Мне тут же надели на руку браслет и отправили обедать. По мне, наверное, всегда видно, что я новенькая и понятия не имею, куда мне себя деть, даже когда мне на ломаном русском указали, куда топать. Но надо отдать должное арабам – меня тут же подхватили, за столик посадили, потом показали, что и где можно взять, что поесть и попить и даже налили на тарелку кетчуп, который я очень долго искала. Вкусно. Вот. А еще здорово, что столик
мой стоял у мини-бассейна, было очень романтично.

Итак, отель. Мне попался очень интересный носильщик, мы с ним подружились, правда, общаемся на странной смеси русского, французского и английского. Номер такой большой, что тут тоже можно было бы потеряться, но благо, что состоит из одной комнаты и ванной. Правда, я пока особо не освоилась.
Пока я приводила себя в порядок и разбирала вещи, египетское солнце решило, что хватит с него на сегодня – и небо заволокло тучами. Я потерялась в отеле, нашлась – и вышла в предвечернюю прохладу, когда купались уже только русские туристы, и те в подогретом бассейне. Бассейны – это круто, правда. Некоторые бесцеремонные русские туристы – это не круто. Не понимаю, откуда в людях столько понта и какого-то дешевого снобизма? Стыдно, честно.



Красиво, чисто, тепло. И море. Тут же засунула туда ноги – тепло. И тут же выскочила оттуда – фиолетовые медузы, фу, гадость. Дотопала до понтона, чтобы посмотреть на кораллы. Не понимаю – как можно смотреть в воду и идти одновременно по понтону? Если бы я делала это одновременно, я бы растянулась через три шага на этом понтоне. Кораллы, те, что большие, интересные, но мне еще предстоит понырять с маской, чтобы их оценить, тем более что без солнца они какие-то… скучные…
И, конечно, я не могла не отличиться. Нет, пока что я не упала, все еще впереди. Но я не смогла открыть с помощью карточки дверь в комнату. Пришлось спускаться и звать своего уже знакомого араба, стыдоба просто, он открыл легко, а я десять минут билась – и ни в какую, наверное, не всем это дано, теперь пытаюсь лишний раз не выходить из комнаты…
Совершила собственную экскурсию по отелю, пока нашла лишь два магазина, но убежала из них очень быстро, потому что доставучие арабы не дают покоя, а я не умею общаться легко и непринужденно с незнакомыми мужчинами, да и после Парижа к данной национальности я отношусь предвзято, хотя, конечно, не отрицаю, что есть среди них замечательные люди.
Завтра в 9.00 (они издеваются) – собрание с гидом от турагентства, интересно, я и он – это собрание? Но все-таки он мне нужен, пусть расскажет, где и как тут играют в волейбол, занимаются аквааэробикой и где тут спортзал, я так и не нашла. Ну, и еще миллион вопросов. Итак, завтра задача – встретиться с гидом и искупаться в море, посмотреть на кораллы вблизи, немного загореть и завести друзей, желательно, не арабов.
Нонсенс – в моей голове теперь каша из языков, и когда со мной разговаривают, я не могу выбрать, на котором ответить. Открыла в себе способность говорить по-английски, но она, эта способность, какая-то странная: в уме перевожу на французский, и только потом на английский. Вот такая котовасия…

 


День второй

Воскресенье, вечер. Надо собраться с мыслями и обо всем рассказать. Итак, суббота. Конечно же, я проснулась, чтобы встретиться с гидом, но перед этим позавтракала, собрала сумку для пляжа – и в бой. Спустилась к гиду, мы с ним немного
поболтали, он тут же сунул мне в руки меню путешественника – и я пропала. В общем, за все, за что зацепился глаз, я заплатила. Сафари, дельфинарий, Каир, дайвинг в заповеднике, экскурсия в город – и все-все хочется. Правда, от сафари
я пыталась отнекаться – ну, я даже на велосипеде представляю огромную опасность для окружающих, а тут мотоциклет или как там он называется. Но гид меня уговорил, что это просто и меня научат. ОК, ладно, давайте мне свое сафари вместе с верблюдами.

Итак, гид мне все расписал и рассказал, и я наконец-то натянула купальник и потопала на улицу. Нельзя не упомянуть о том, что стоило мне приехать в Египет, как поднялся ветер, почти ураганный, и весь день он только усиливался, но разве меня это
остановит? Итак, сначала я дотопала до среднего бассейна, зимнего, как его зовут, с подогревом. Ну, уж очень тепло, как в ванной, только пены не хватало. Но так круто плавать под солнцем и думать о том, что дома-то в куртках и шапках ходят. Потом немного повалялась на шезлонге, став свидетелем семейной сцены русской пары. Опять стыдно за русских, ну, ужас какой-то, никакого воспитания.

Лежать долго на пляже – не мое, и я тут же собралась и отправилась к морю. Но там были сильные волны, и я решила, что вернусь после обеда, а пока я отправилась к верхнему бассейну, где хотела полежать и послушать музыку. Но тут, не успела я
плюхнуться на шезлонг, меня перехватила девушка-аниматор Марина, из Белоруссии, собиравшая добровольно (иностранцев), принудительно (русскоязычных) на игру в дартс. Пришлось соглашаться, только вот в дартс я играю ужасно, что и продемонстрировала публике. Потом Марина решила, что надо еще развлечься, и пришлось еще и плясать у бассейна на глазах разомлевшей публики. Ну, с другой стороны, я познакомилась с Мариной. Потом я занырнула в холодный бассейн, откуда меня опять же вынула Марина, чтобы поболтать. Познакомились с девушкой Олесей из Молдовы, долго болтали. Потом я утопала к себе в номер обсыхать и готовиться к обеду. Обедали вместе с Олесей, потом пошли к морю. Олеся мерзляк и в море лезть отказалась, а я упрямо взяла резиновые тапочки, маску и отправилась по понтону – заныривать…

Это удивительно. Море такое соленое-соленое, лапки щиплет, но теплое-теплое, ласковое. А под водой – удивительный мир. Пусть мне и сказали, что именно в этом отеле на пляже под водой ничего нет для снорклинга, пустое дно, для меня все равно это дно стало открытием.


Кораллов, конечно, там не оказалось – какие-то желтые наросты да кое-какая растительность, зато я встретилась с рыбами – удивительными разнообразными существами, которые меня не боялись, привыкли, наверное, что всякие тут плавают. Одна рыба была крупная, размером с небольшую кошку – темно-серая, с голубыми точками на теле, с желтыми плавниками, тело как
приплюснутое. Потом была еще одна, полосатая, но она спряталась, как только ко мне в воде присоединился еще один человек. Тише ныряют только слоники…

Потом мы долго болтали на пляже с Олесей, мимо проходившие арабы нас смешили, все они стараются блеснуть своими познаниями в русском… Обещанного волейбола не было, и мы отправились в отель, начало холодать…
В холле меня опять перехватила Марина, но тут я отбрыкалась – петь прилюдно караоке я точно не буду, пою я хуже, чем играю в дартс. Но все-таки вечером я пришла в зал, где собрался народ для вечера караоке. Пели, конечно же, почти только русские. Рядом со мной сидела компания американцев, и я в итоге от них пересела, потому что то, как они себя вели, было ужасно – еще хуже, чем наши. Сидели, всех обсуждали, тот поет не так, этот вообще воет, а что на ней за платье, и вообще
что это за песни… Фу, идиоты, сами бы встали и спели!

Вот так прошел день. Минус: у меня сгорело лицо и шея, я упала в столовой, раскидав вокруг огурцы. Плюс – расписала свой отдых у гида, завела знакомых и искупалась в море.

День третий

День начался слишком рано, потому что видимо я очень хотела проспать завтрак, вот мне этого сделать и не дали. За стеной веселые арабы делали уборку, и спать было невозможно. Пришлось вставать и на завтрак все-таки идти. На завтраке я тут же
попалась на глаза Марине, которая тут же записала меня в участники утренней зарядки, что, видимо, было просто написано на моем лице.

Я намеренно шла на море, обходя все места, где я бы могла встретить Марину, но она явно имела опыт, и поставила на меня засаду, схватив за руку и притащив на газон, где уже сидели еще три ее жертвы – Ольга с Урала и двое англичан в возрасте. После такой зарядки фиг ногу поднимешь, наверное, завтра у меня все будет болеть… Наконец, я ускакала на море, где в течение часа наблюдала за рыбами, на сегодня в моей копилке уже семь разных, а еще косяки маленьких серебристых рыбок,
которые замирают в воде, а потом практически исчезают, когда подплываешь. Были три моих вчерашних знакомых с желтыми плавниками, рыбки черные, серебряные, желтые с черными полосками, белые с черными полосками, просто белые. Все они
плавают под понтоном, и я вдоволь на них насмотрелась.

А потом я убежала на обед, чтобы вовремя загрузиться в автобус и отбыть на сафари. Впечатлений масса. И я была права – нельзя мне доверять такой транспорт. И вообще какой-то бред: араб быстро показал нам два рычага, и скомандовал по машинам. Нам повязали платки, нахлобучили шлемы – и едь! Я тут же куда-то не туда заехала, в яму – чуть не влепилась в стену, адреналину на всю жизнь хватит. Араб тут же меня с транспорта снял и сказал – поедешь со мной.
Боже, все-таки ты существуешь! И иногда очень даже неплохо не уметь справляться даже с самокатом. Во-первых, араб – высокий стройный брюнет с широкой улыбкой, такого хочется не только крепко обнять под предлогом, что ты за него держишься… Во-вторых, ехать с инструктором – это тебе не двигаться в колонне с одинаковой скоростью и только по дороге, глотая пыль впереди едущего. У меня был адреналиновый шок, потому что скорости-то я вообще-то боюсь, но все-таки… Инструктор должен был контролировать колонну сзади и посередине, впереди ехал еще один араб-мечта. Если туристы в колонне медленно двигались по прямой дороге и должны были все время следить за скоростью и своей машиной, то меня инструктор катал по бездорожью сбоку, по ямам и насыпям, на огромной скорости, объезжая колонну по кругу несколько раз… При этом я могла крутить головой и смотреть по сторонам, сколько захочу.


Так что я совсем не пожалела, что была не за рулем… На обратном пути меня посадили к другому инструктору, тут вообще я думала, что скончаюсь от адреналина – этот парень просто решил меня покатать – мы ехали вообще не той дорогой, что группа, какими-то горными лощинами, ущельями, на огромной скорости… При этом он успел обо всем меня выспросить и позвал замуж. Когда мы выскочили к стоянке из-за скал, на меня с завистью смотрели прочие дамы. К тому же всех заставили завернуться в платки по самые брови, а мне вскоре после начала прогулки разрешили его снять, так как я сидела за спиной ребят, и без платка было намного удобнее…



Итак, прогулка на квадроциклах, культурная сторона. Пустыня и скалы, сухие камни, почти никакой растительности, нищие хижины, лачуги. Мусор. Скелеты и полуистлевшие туши верблюдов прямо у дороги, на моем расширенном пути их было шесть. Кости, шкуры, черепа, внутренности. Шок. Настоящая пустыня.

Нищие люди, плохо одетые, вонь от домов, вонь от верблюдов. Мусор, как же много мусора в этой пустыне, повсюду мусор, и я уверена, что это не мусор туристов – слишком много, да и какой-то нетуристический. Пустыня просто загажена там, где живут люди. В наших лесах мусора меньше…

Между «туда» и «обратно» на квадроциклах у нас была пустыня на верблюдах. Ох, какие удивительные животные… Пока мы все садились на верблюдов, один из них рассердился, и с высоты роста рухнул на колени – огромный мужчина вывалился на
землю, хорошо не убился. Верблюда заставили быть примерным и подняли… Мой верблюд рычал и плевался, но шел спокойно, только вот по прибытии без указания и предупреждения тоже рухнул на колени, благо, что я ожидала такого поворота событий, потому что мой горбатый друг был последним в караванной связке и мог взять пример с передних, которых мальчик-погоняльщик укладывал на землю. Ну, мой верблюд явно думал в том же направлении.

Ехать на верблюде – хуже, чем на лошади, но как укачивает. Так легко представить себе, как на этих зверях веками передвигались египтяне, неделями сидя в седле, спя под этот мерный неторопливый шаг животных… Вечность пустыни и прошлое мурашками пробегались по спине. Удивительное это место – Африка, Египет, со своей аурой, с ароматом многовековой истории… Привезла с собой папирус, на котором распечатали мое фото в шлеме и на квадроцикле. Робокоп в платке.
Итак, плюс – купалась в море, что мне полезно; покаталась и повеселилась, нахваталась адреналина; минус – сегодня нет вечерней программы, в комнате вышибло из-за ноута пробки (открыла дверь в поисках кого-то, чтобы зажгли свет, и мимо
проходил в этот момент хороший работник, который тут же все починил, я светила ему ноутбуком), сгоревшее лицо все еще горит; потеряла в пустыне кепку, которую этим утром только успела купить за 6 долларов. Завтра меня ждет дельфинарий, а
ночью мы выезжаем в Каир.


День четвертый

Утро и день прошли уже стандартно – зарядка, на которую я все-таки встала, море с рыбами, обед – и дельфинарий.
Удивительные, просто восхитительные создания дельфины. Это было просто потрясающе. Они такие умные, веселые, смешные. Они поют, танцуют, рисуют, прыгают и ныряют, играют с кольцами и мячами, плавают наперегонки, попрошайничают рыбу и аплодисменты. Если одному дельфину аплодируют, второй тут же начинает что-то показывать, без всякой команды, чтобы и ему досталось внимание зрителей… Веселые такие! Глазки умные. Теперь дельфины мои любимые животные после собак… Я его даже потрогала (правда, не его, а ее – Маша зовут это удивительное создание природы, и у нее есть малыш, который плавал в бассейне во время представления, видимо, он пока учится исполнять трюки), когда фотографировалась с ней. Такая удивительная на ощупь, даже не описать, мягкая и твердая одновременно… Лежала на бортике бассейна такая довольная, спокойная… Хотелось ее поцеловать, но инструктор зорко следил, чтобы ни одного лишнего движения рядом с его любимицей, и я его понимаю – я бы так же трепетно относилась к моей зверюшке, с которой фотографируются всякие там неизвестные мне туристки, инструктор же не знает, что я не менее трепетно отношусь к животным, чем он… Глядя на них, понимаешь, что мир этот создан вовсе не для людей, мы – это так, сдвиг природной эволюции, когда что-то пошло не так, и появился человек, целью жизни которого стал прогресс, разрушающий создавшую его природу, убивающую просто так, не из-за голода, чудесных существ Земли, губящий этот удивительный мир оружием, отходами, войнами, опытами… Мир создан для таких вот умных и удивительных существ, как дельфины, добрых, бескорыстных, верных…
До ночи, когда за мной заехал автобус, я успела погулять и посмотреть, как солнце стремительно садится за горами Синай, а еще увидела мурену – отвратительное создание, которое плавало под прозрачной водой у берега, бледная змея-червь. Говорят, что она кусается.

День пятый

Следующий день начался, когда не закончился предыдущий. В час тридцать ночи, взяв пакет с завтраком, который мне заботливо приготовили в гостинице, и подушку, я загрузилась в маршрутку Тез-Тура, которая прибыла за мной, а потом переползла в огромный комфортабельный автобус, на котором русо-туристо отправились в Каир, в один из центров древней египетской цивилизации. Правда, сначала на посту армии у нас проверили паспорта, там же собрался караван из четырех автобусов, и мы двинулись в путь через черную холодную пустыню, между Синайскими горами – к Суэцкому каналу, шесть часов до Каира.
Ночью через горы караван автобусов сопровождали машины полиции, их мигалки в темноте действовали умиротворяюще, потому что черные горы и пустыня пугают. Нам сказали, что полиция – это предосторожность, так как у бедуинов, которые населяют Синай и пустыню, есть хобби выползать иногда из этой пустыни на верблюдах и нападать на цивилизованных людей. Но это, как нас заверили, бывает очень редко…
Заснулось легко, а еще бы легче заснулось, если бы не моя сумасшедшая соседка по автобусу, русская женщина Людмила, такая бесцеремонная и невоспитанная, какими бывают, наверное, только русские. На весь автобус она рассказывала похабные истории о своих походах на дикий пляж и приставаниях к ней арабов (ну, надо иметь много ума, чтобы одной отправиться в Египте на дикий пляж через жилые арабские кварталы, да еще в мини-юбке), через слово разбавляя рассказ матами и пытаясь
вызвать меня на разговор, что в два часа ночи в принципе со мной сложно, а тем более таким манером. Я подложила под голову подушку, накрылась арафаткой и закрыла глаза, благо, что Люда не из тех людей, которые продолжают говорить
даже тогда, когда не получают отдачи от собеседника.

Открыла я глаза через четыре часа, когда гид пожелал нам всем доброго утра и сказал, что сейчас мы выезжаем к великому Суэцкому каналу, доходы от которого приносят Египту больше прибыли, чем нефть и туризм. В глаза било солнце, вставшее над пустыней, а слева вдалеке синела эта денежная жила Египта, историю которой нам очень подробно и интересно поведал гид Мухаммед. Конечно, сам канал мы не очень-то увидели, потому что автобус нырнул под него в туннель… Потом была остановка, когда мы смогли поглотить свои завтраки и посетить туалет за 1 фунт (шестая часть доллара или 5 рублей), а затем еще полтора часа через пустыню до столицы Египта под историю этой страны от фараонов до современности.
Впечатлений уже было немало, даже каких-то шоковых. Повсюду – грязь и разруха, облезлая краска, сломано и разбито, мусор мешками и без них повсюду, развалившиеся хибары, сваленные придорожные столбы под рекламу, выгоревшие вывески времен, наверное, еще Наполеона… Худые грязные собаки, повозки с ослами, лошади, женщины в хиджабе, причем одежда их черная и открывает только глаза, и это на таком-то солнце, грязные, плохо одетые дети… Шок невообразимый, особенно после того, что ты видишь в курортной зоне… И повсюду – армия. Танки, БТР, люди в беретах и с оружием, хотя это не пугает и
не шокирует: Азия – регион нестабильный, и охрана туристических зон, главных дорог, а тем более, Суэцкого канала – вполне понятна, к тому же армия совершенно ненавязчиво присутствует, как бы фоном. Как нам объяснил потом гид уже в Каире, где армии так же много, армия в городах и на дорогах не потому, что в Египте идет война (нет там никакой войны, поверьте), а потому что, когда год назад произошла революция, полиция оказалась на стороне президента (глава МВД был родственником этого президента) и почти все полицейские бежали вместе со свергнутой властью, и армия заняла все те посты, где раньше присутствовала полиция, поддерживая порядок и выполняя функции правоохранительных органов. По-моему, все логично и внушает только уважение. А так – в Египте спокойно, правда. Мы ездили в автобусе, выходили из него – и при нас не было никакой охраны, кроме той, что сопровождала нас через Синай, но бедуины – были, есть и будут, и они народ такой, дикий, они сами по себе… Революция прошла, и страна снова живет мирно, стараясь доказать миру, что у них не опасно, чтобы люди не боялись к ним ехать, а значит – доход от туризма продолжал быть стабильным, а этой стране, где повсюду нищета и разруха (по сравнению даже с российской провинцией и деревней), это необходимо…


Итак, Каир. Он встретил нас затянутым тучами небом и ветром, и погода за день так и не изменилась. Каир так же поразил трущобами, грязью, полудостроенными домами. Гид Карим, который подсел к нам в городе и целый день сопровождал нас, объяснил, что дома недостраивают, потому что это позволяет не платить налоги: дом не достроен – первые 40 лет налогов не платишь, так что Каир – это город недостроенных домов, что производит угнетающее впечатление. На весь город – шесть светофоров, один из которых не работает, один украли. Никаких знаков дорожного движения, есть правила, но их, как сказал Карим, никто не соблюдает. На самых важных участках дороги движение регулирует ГАИ, а так – это сплошной поток машин (среди которых редко увидишь новую иномарку), которые гудят, и пешеходов, на них орущих…

Сначала наш путь лежал к крепости 12 века и построенной в его стенах мечети Мухаммеда Али, одного из выдающихся политиков Египта, который похоронен в стенах мечети в виде исключения (мусульмане не хоронят людей в доме Бога). Мечеть построена в 19 веке за 18 лет, в ней самый высокий потолок и самая большая люстра в Египте. Находится она над старым городом, с вершины виден лежащий у подножия крепости Каир, множество минаретов и развалин на месте старых глиняных кварталов. Прежде чем войти в мечеть, мы разулись, а на тех, кто был одет не подобающим образом (короткая юбка, шорты) надели длинные белые халаты. Я была в шортах, поэтому при входе в мечеть представляла собой живописную картину, которую арабские ребятишки фотографировали на телефоны: в халате, с арафаткой на шее, в кепке, потому что у меня сгорел лоб и ходить без нее я не могла… Карим коротко и очень интересно рассказал об истории строительства мечети и о М.А., который родился в Албании и отправился по воле отца, которому нечем было сына кормить, в Турцию, где поступил в армию и стал командиром. Потом он пришел в Египет, освободил его от подчинения Багдаду и сделал Египет сильной страной… В мечети одна большая и пять маленьких люстр, каждая из которых обозначает какую-то из заповедей жизни мусульманина, и еще 365 лампад…
Сильный ветер помешал насладиться вдоволь видом Каира с холма, я чуть не потеряла из-за ветра свою вторую кепку. Крепость, кстати, построена из камней пирамид Гизы, вандалы, блин! Но красиво.
В Каире более 20 млн жителей, и казалось, что в этот день все они вышли на улицу зачем-то. Благо, что там есть метро, и не все они ехали на машинах, хотя движение насыщенное. Зато можно было увидеть много всего интересного из бытовой жизни.
Поразил мужчина, который ехал на велосипеде, слегка придерживая на голове огромный противень с хлебом, это что-то из цирковых трюков, не иначе…

После крепости и мечети мы поехали в Государственный Каирский музей, мечту любого египтолога или любителя Египта. Находится музей на знаменитой на весь мир площади, которую теперь все связывают со второй египетской революцией, что случилась в 2011 году. На площади строят подземную парковку, стоит пара палаток еще времен революции, туристы заходят в них и фотографируются, люди там приветливые и улыбчивые, ничто не говорит о войне или хотя бы накале обстановки. Моя шумная болтливая соседка отправилась в одиночку по магазинам искать себе фотоаппарат, о чем я предупредила Мухаммеда – он пообещал ее найти и вернуть в целости и сохранности. А мы с Каримом отправились в музей. Там нельзя фотографировать,
поэтому фотоаппараты мы сдали Кариму. Конечно, на весь музей у нас просто не было времени – гид подсчитал, чтобы хотя бы мельком посмотреть все экспонаты, нам бы понадобилось 8 недель. А у нас было всего полтора часа, и Карим показал нам самые знаменитые и интересные экспонаты, за это время он научил нас определять по крышке саркофага, кто в нем похоронен: мужчина или женщина, из знатной ли семьи, правитель или из семьи правителя; рассказал, как по скульптуре определить, фараон изображен или нет, наследник или просто сын фараона, а также определить статус сидящей рядом с ним женщины – сестры, дочери, жены или матери, это было очень интересно, как игра: Карим показывал нам экспонат, а мы определяли значение скульптуры и статус изображенных людей. Потом мы познакомились с самой красивой женщиной в Древнем Египте – царицей Нефертити и историей ее семьи. Историки предполагают, что Нефертити была альбиносом, с белой кожей, азиатскими глазами, узким носом и губами, что очень отличало ее от всех других египтян, именно поэтому она считалась самой красивой. Ее муж фараон женился три раза, потому что у него никак не рождался сын. Нефертити (ее имя переводится как «самая красивая из всех») родила ему 6 дочерей, вторая жена еще 3-х, третья еще 3-х, и лишь потом у уже старого фараона родился сын Тут-Анх-Амон. Поскольку отец был уже совсем старым, Тутанхамон стал фараоном в 9 лет, когда отец умер. Тутанхамон же пробыл фараоном всего 9 лет и внезапно скончался в возрасте 18 лет. Но самым знаменитым фараоном Египта он стал не из-за этого, о чем нам рассказал Карим.

В Египте 141 пирамида, и все они разграблены. Еще в Египте 65 гробниц в Долине Царей в Луксоре, и 64 из них – разграблены (фараоны стали делать себе подземные гробницы вместо пирамид, надеясь, что до них воры не доберутся, но не тут-то было). И
лишь одна из них не была найдена ворами, а была открыта английскими археологами в начале 20 века, что стало археологическим открытием века. Это была гробница фараона Тутанхамона. Поскольку он умер внезапно, то его гробница не была достроена (гробницу начинали строить в год восшествия фараона на трон, что обычно занимало 20 лет), она была маленькой, и стен гробницы не хватало, чтобы написать на них всю историю жизни фараона. Тогда для Тутанхамона было сделано 7 саркофагов, которые вкладывались один в другой, как матрешка. Шестой был позолоченным, а седьмой – золотым, так же на лице мумии была золотая маска Тутанхамона, знаменитая теперь на весь мир. Все гробы, маску, колесницы,
ритуальные столы, золотые украшения и прочие предметы из гробницы Тутанхамона мы увидели в музее. Лишь мумия фараона осталась в Луксоре, в музее. Также Карим рассказал нам об иероглифах, о том, как французы Наполеона нашли камень, на
котором египетский текст шел с переводом на греческий, и историки, наконец, начали расшифровывать письмена древних египтян. Также мы научились читать и писать имя Тутанхамон, находить это имя в текстах на предметах.

На выходе из музея, справа, находится высотное здание, сожженное во время революции, в черных подпалинах. Это было здание президентской партии, которое сожгли революционеры, при этом ни один снаряд, ни одна капля бензина не попала в
музей, который стоит в десяти метрах от здания. Но при этом во время беспредела революции воры воспользовались сумятицей и ограбили музей. Они не смогли проникнуть в зал, где хранится золото Тутанхамона – на зале решетки и стекло, но похитили 48 экспонатов, 39 из которых уже вернулись в музей. Воры бросили похищенное в парке за музеем. В Египте издан закон, что если человека поймают с одним из украденных экспонатов музея, то его ждет смертная казнь.

После музея мы
поехали обедать на корабль, на котором совершили прогулку по великой реке Нил. В пределах Каира достаточно сложно представить себе, что это река некогда была источником жизни в Египте, вдоль нее жили люди, по ней сновали лодки… Вдоль
Нила сегодня стоят самые дорогие дома города, ведь вода и зелень очень дорогие в стране. Максимальная глубина Нила – восемь метров, но это самая длинная река в мире, это река, давшая жизнь великой древней цивилизации, которая оставила
нам множество посланий, не все из которых мы до сих пор смогли расшифровать, и множество загадок, не все из которых нам дано разгадать…

И самая великая из них – загадка возрастом в 4 000 лет. Столько лет назад в пустыне Сахара, в городе Гиза, Городе Мертвых, городе Мемфис, как звали его древние Египтяне, были воздвигнуты самые знаменитые достопримечательности Египта, самая
высокая пирамида – пирамида Хеопса. Ее видно издалека, она тонет в мареве песчаной бури, сильный ветер крутит вокруг нее песок. Это Сахара, это солнце, это пирамиды, потрясение от встречи с которыми сложно описать. Это как столкнуться нос к носу с самой историей, с самим временем, которое живет здесь, среди пирамид, среди песков. Это величие, это вечность, это история в чистом ее виде. Пирамиды стоят тысячелетия, они стоят и будут стоять, пока существует наша планета, будут проходить годы, сгинут поколения, сгинут целые города, как это уже не раз случалось – а они будут стоять, свидетели зарождения человечества, скорее всего, они станут свидетелями и его конца. Подойти, прикоснуться к горячему камню в подножии пирамиды, закрыть глаза – и слушать. Слушать течение времени, слушать вечность, ток энергии, что буквально излучают эти камни, слушать, как история шепчет нам вопросы: каким образом их построили? Кто? Кто мог воздвигнуть пирамиды голыми руками за 20 лет?

Карим рассказал нам о версиях, что выдвигают историки, но ни одна из них пока не получила однозначного подтверждения, потому что все в голос утверждают: построить за 20 лет эти многотонные сооружения без техники и даже без орудий строительства, невозможно, это нереально. Но ведь они стоят, вот они – стоят веками, отвергая невероятность невозможного. И вряд ли мы когда-то узнаем, как египтяне построили эти пирамиды, но разве это важно, когда ты стоишь, касаясь рукой
вечности?

Пирамида Хеопса высотой была почти 150 метров, но пирамидон разрушился, как и внешняя облицовка, и сейчас пирамида чуть ниже 140 метров высотой, угол наклона ее сторон равен углу наклона к земле Полярной звезды, которая для египтян означала вечность. Такой же угол наклона внутреннего тоннеля, который выходит на звезду Орион, символ рождения… Рядом с пирамидой фараона Хеопса – пирамида его матери и двух его жен, они небольшие и полуразрушенные, особенно на фоне двух других пирамид: сына Хеопса, Хефрена (высота 136 метров, сохранился пирамидон и даже часть облицовки), и внука Хеопса (60 метров). Карим рассказал, что пирамиды строились только для фараонов, прочие мумии захоронены под землей, так рядом с пирамидами есть некрополь, где были обнаружены почти две тысячи мумий строителей пирамид со сломанными руками, ногами и позвоночниками, видимо, травмы на производстве. Мумификация была необходимым элементом в жизни-смерти
любого египтянина, они всю жизнь копили на собственную смерть, ведь согласно их религии каждый египтянин жил три раза: земной жизнью с телом, разумом и сердцем, загробной жизнью, когда душа остается в мертвом теле, именно поэтому
тело нужно было сохранить в виде мумии, но без разума, так как от разума все пороки, и он в загробной жизни не нужен, именно поэтому у мумии изымали сначала мозг (через нос), затем все органы через разрез в животе, кроме сердца, которое
оставалось в теле, как прибежище души, а все органы хранились в специальных сосудах – канопах. После загробной жизни человек жил свою последнюю жизнь – у Джипа, бога Земли, отца бога Амон-Ра.

После осмотра всех трех пирамид со смотровой площадки мы, наконец, поехали на встречу, о которой я мечтала много лет. Мы ехали к каменному стражу пирамид Гизы – к Большому Сфинксу. Тут нет слов, чтобы описать все то, что я почувствовала,
глядя в его каменные глаза… Мы увиделись и думаю, что поняли друг друга…

Карим говорит, что итальянские историки утверждают: Сфинкс был построен за 6 тысяч лет до пирамид, так как на его теле сохранились вертикальные следы дождей, который шли в Египте 10 000 лет назад, до изменения климата… Но сколько ему лет – не так важно, важно, что он есть на Земле, наш страж, смотрящий на Восток. У него даже раньше была борода, которой отмечали фараонов, но она упала, и нашедшие ее в песке англичане увезли бороду к себе на остров…
После долгожданных встреч и прикосновений к вечности мы посетили две фабрики – производства масла и духов и производства папирусов. А затем – в обратный путь по уже ночному Каиру, через пустыню… Заснула почти сразу и проснулась уже между гор Синая, когда в глаза стали бить мигалки полиции, машины которой встретили нас и снова проводили через страну бедуинов к Шарм-эль-Шейху. Нас снова рассадили по маршруткам, и в два часа ночи я вползла в номер, мечтая о трех вещах, которые не имели никакого отношения к возвышенному, - мыться, есть и спать…

День шестой

Сегодня я вся вареная и вяленая. Проснулась в одиннадцать, помылась, позавтракала остатками вчерашнего ужина, что мне принесли в номер. На улице сильный ветер. Искупалась в теплом бассейне, но выйти из него на ветер – почти подвиг, так что я укрылась в номере. Двигаться лень, после обеда думаю пойти погулять в городе, рядом прямо с гостиницей есть лавки, надеюсь, что все пройдет без эксцессов, надену шорты на всякий случай. Вот. Завтра меня ждут прогулка на яхте и снорклинг,
главное, чтобы не было такого сильного ветра, а то так и простыть можно.

День седьмой

Утро встретило затянутым небом и холодом, «самое то», чтобы куда-то там нырять. Автобус заехал за мной почти без опоздания, что для Тез-Тура скорее исключение, чем правило. Привезли нас на пирс, где мы некоторое время сидели, отданные на растерзание всем ветрам, потом погрузили на яхту. Ветер был просто убийственным, даже солнце, что все-таки выглянуло, не помогало согреться, а инструктор говорил о плавании и рифах. Кутаясь в свитер и шарф, я с трудом себе представляла, как
полезу в воду. Конечно, красота вокруг была неописуемая, мы шли вокруг острова Тиран, вода голубая-голубая, горы желтые, песок, скалы, море, рифы… Но впечатление от первой половины дня одно – холод, от которого неизвестно было, куда скрыться. Первая остановка была рядом с рифом, на который в годы Второй Мировой войны села баржа. Села, да там и осталась гнить, железными осколками возвышаясь над водой, еще одна достопримечательность города-курорта. Некоторые спутники с криком «когда еще россиянин искупается первого марта» все-таки сигали в воду, прямо в сильные волны и в течение, которое тут же подхватывало и оттаскивало далеко в сторону. Две девушки вцепились в спасательный круг и в инструктора, боясь даже двигаться, но вода все делала за них. Я, прекрасно помня свою встречу с волнами и течением Атлантики, когда чуть не утопла, даже спускаться со второй палубы не стала, да и холод такой. Девушек с кругом и инструктором отнесло так далеко, что яхте пришлось специально за ними плыть, остальные выплыли сами.

Вторая остановка была уже не в открытой воде, а в небольшой лагуне, где находится знаменитый риф Тампл. Вот тут я все-таки себя переборола, потому что ну очень хотелось посмотреть на рифы и фауну. В воде оказалось очень тепло, главное было не думать о том, как потом из нее вылезать и греться. Мы с девушкой Мартой плыли рядышком с инструктором, который периодически нырял ко дну и доставал нам какую-нибудь удивительную раковину (например, ступню фараона) или ловил в
ладони яркую рыбку. Мы с ним весело болтали на русском и английском, но главное, конечно, было под водой. Маска, трубка – и ты оказываешься совсем в другом мире.

Сложно описать то, что видела. Красота невообразимая, непередаваемая, красота живая, движущаяся, дышащая. Это необыкновенно красиво, почти до трепета, и сколько рыб, самых разных, цветных, ярких, переливающихся, черных, белых, косяков рыб… Это удивительный мир, в который человек подглядывает, затаив дыхание…
Инструктор елезаставил нас залезть на яхту, пообещав, что мы сделаем еще одну остановку в бухте недалеко от порта. Мы пообедали с надеждой на продолжение праздника красоты, и почти сразу нас позвали. Плавать хотели теперь только я и Марта, причем мама последней была очень против, но мы пообещали надеть жилеты и быть предельно осторожными… И снова все повторилось: Ибрагим нырял в глубину, доставая нам интересные образчики, а мы смотрели, слушали, снова смотрели,
подплывая близко к кораллам, за что поплатилась Марта – какой-то недовольный коралл ее обжег, но не смертельно, жить будет, только нога покраснела… Я же по своей дурной привычке умудрилась разбить себе пальцы на ноге, споткнувшись о
мебель, ну, в этом вся я.

На этом прогулказакончилась – мы искупались, намерзлись, но и налюбовались на красоту подводного мира Красного моря. По прибытии в отель я сбегала до магазина, купила себе кило клубники и слопала ее с сахаром, укрывшись пледом и глядя «Брестскую крепость» с диска, что взяла с собой. На следующий день – глубинное погружение в этот чудесный мир…

День восьмой

Я вообще человек, не любящий экстрим и даже редко к нему приближающийся, но этот отпуск стал каким-то уникальным периодом в моей жизни. После квадроциклов и верблюдов в пустыне, путешествия через пол-Египта в Каир, я отправилась на дайвинг. Еще недавно я бы поклялась, что ни за что на свете не нырну с аквалангом, как и не прыгну с парашютом. Видимо, придет день, и я сойду с ума настолько, что все-таки прыгну, правда, думаю, на этом моя жизнь и закончится…
Утро опять было пасмурным, но по дороге в порт солнце все-таки выглянуло, правда, ветер, как и вчера, был очень сильным, на море холодно, еще холоднее, чем вчера сказали, что это самый холодный солнечный день в Египте за пять лет). Два русских
инструктора (действительно русских, а не араба, говоривших на русском), два статных красивых русских парня Игорь и Паша раскидали нас на две лодки, и мы отправились в путь. Паша – весельчак и человек, влюбленный в погружения. Он рассказал нам о правилах поведения на лодке, а главное – о том, что такое дайвинг, о снаряжении, о правилах погружения, о поведении под водой, об инструкторах и языке жестов. Все старательно запоминали и повторяли, хотя, как потом оказалось, в момент паники или страха под водой ты просто забываешь все, о чем тебе говорили, по крайней мере, так многие говорили. У меня была другая ситуация – инструктор показывал мне какие-то жесты, которые мы с Павлом не проходили, приходилось ориентироваться на местности, или же инструктору просто приходилось руками приводить меня в нужное положение…

Итак, погружение. Я оказалась в списке самой последней, это минус, но была одна – это плюс. Все остальные погружались парами с инструктором (подводных инструкторов было трое, каждый брал по паре туристов и опускал их на дно). Я ждала дольше всех, безумно замерзла, да и наслушалась за это время всякого от тех, кто уже вернулся со дна, и увидела то, что заставляло колебаться. Но зато мы здорово подружились с Пашей, он много мне рассказал о фауне моря и даже рассказал о затонувшем в 41-м у Синая корабле, который лежит на дне, а в его трюмах – пушки, танки, локомотив, которые корабль вез, когда в него попал снаряд. Дайвингисты-профессионалы с удовольствием туда погружаются…
Проблемы у ныряльщиков начались с самого начала. Нет, облачение – это было самое легкое. Надел костюм, нацепил ласты по размеру, на тебя надели груз, надели жилет, надели баллон и трубки для дыхания, клапаны, сиди и жди своей очереди, ну, люди и сидели. Потом тебя подзывали к краю лодки, нахлобучивали тебе маску, вставляешь в рот загубник, подходишь на самый край… И тут самое сложное – прыгнуть. Наши инструкторы, видимо, были опытны в этом – и просто толкали на
счет три вместе с баллоном. При выныривании после такого прыжка тут же начинались проблемы – мужчина и женщина за время моего ожидания тут же отказались погружаться. Что их так напугало, почему они тут же вцепились в лестницу
и отодрать их оттуда уже не смогли, я не знаю, а в тот момент, когда я еще даже костюм не надела, я начинала думать о том, чтобы отказаться, ведь я не экстримал, не люблю адреналин и тем более минимальную опасность, а тут опасность была очевидной. Одну девушку отпаивали успокоительным, меня начинало трясти от холода и страха, сосало под ложечкой…

«Ну, Оля, пришла твоя очередь»,- улыбнулся Паша, и у меня застучали зубы. Отказаться не позволила гордость: я же не трусиха! Мне подали гидрокостюм (сырой, потому что сухих к тому моменту не осталось, и я просто посинела от холода), я в него вделась, нашла себе ласты. Арабчонок-стажер застегнул на мне грузики, сжав печень и селезенку. Я ему на пальцах объяснила, что мне больно, только тогда он мне их перестегнул, зажав почки. Подошел Паша, я объяснила ему проблему, Паша
этому арабчонку ручищами сжал почки, наглядно показав, что я в этот момент чувствую. До стажера дошло, грузики, наконец, оказались на положенном им месте и не мешались, и тогда на меня надели жилет со снаряжением. Пока я сидела, стуча зубами и ожидая моего инструктора Рикапа, то не ощущала на себе баллона, но потом мне сказали вставать и идти на край. Подняться я не смогла. Смешливый помощник капитана Барракуда (не знаю, имя это его или кличка) помог мне встать и дойти до края лодки (мало того, что баллон тяжеленный, так еще и ласты на ногах маневренности не добавляют, а если вспомнить о том, что я вообще с координацией не дружу, то пять шагов были для меня испытанием). На меня натянули маску, я взяла в рот трубку, попробовала дышать, кивнула, что все хорошо.

И вот он момент, точка невозвращения, потому что стыдно вернуться, если ты уже прыгнул. Подхожу к краю лодки, вижу инструктора, держу руками, как показывал Паша, трубку и маску, по команде Рикапа смотрю на горизонт и делаю шаг вперед, в бездну – и вот меня уже столкнули в воду. Но на мне надутый жилет, и вода меня тут же выталкивает, я даже испугаться не успеваю. Рикап уже рядом, я дышу, показываю, что все окей, тогда он предлагает мне немного погрузиться вниз.
Вот тут, на первом метре, меня охватила паника, потому что внизу действительно бездна, видна до самого дна, во рту трубка, к которой нужно привыкнуть еще дышать, страшно так, что сердце заходится ударами и даже забываешь дышать, а этого делать
нельзя. Рикап спрашивает, все ли хорошо, я мотаю головой, показывая, что хочу наверх. Но, видимо, инструкторы уже знакомы с этой первой паникой туристов, и Рикап просто берет меня за руку и тянет вперед, не погружая, а просто пережидая приступ моей паники. А я хочу наверх, дышать некомфортно, и от одной мысли, что с этим некомфортно мне сейчас на дно – становится еще страшнее. Но все-таки я умею слушать инструктора, и Паша перед погружением сказал: станет страшно, закрой глаза и медленно глубоко дыши. Знаете, помогло. Через пять секунд я уже смогла сказать Рикапу, что все окей и я готова.

И все-таки в первый раз это страшно. И у меня были огромные проблемы с продувом ушей, мои уши часто просто адски начинали болеть от давления, и у меня не получалось продуть их через нос, как учил Паша и как все время, когда я давала сигнал, что у меня болят уши, показывал делать Рикап. Все время погружения, с небольшими перерывами, когда мне, видимо, удавалось правильно продуть, у меня болели уши, иногда очень сильно. Причем, когда я пыталась их продувать, я иногда забывала дышать, и это вдвойне некомфортно. А еще при этом надо не забывать двигать ластами и смотреть по сторонам. Конечно, я бы увидела больше и получила бы больше удовольствия, если бы все время не пыталась избавиться от боли в ушах,
но все-таки Рикап старался не только контролировать мое состояние, держа за руку и направляя, но и показывать мне окружающую красоту, половину из которой я, конечно, пропустила.

Но все равно это потрясающе: рыбы, скаты, целые косяки рыб, огромные кораллы, раковины, ежи, даже черепаха – все это было вокруг меня, только руку протяни. За пятнадцать минут на дне (где-то 9 метров) передо мной проплыл целый мир, частью которого на мгновения можно было себя почувствовать. Было страшно, но и ощущалось благоговение…
Всплывать было легче, но уши болели все время. Всплыли мы прямо у лодки, ребята схватили баллон, иначе с ним мне бы никогда было не выбраться из воды. Тут же был Паша, он сразу же осмотрел мои уши, когда я сказала, что они очень болят, и я плохо слышу. Крови не было, и он явно вздохнул с облегчением, но потом несколько раз подходил ко мне, чтобы поинтересоваться, как я.
После воды было холодно, уши болели, я закуталась в свитер, забралась в салон и там просто играла на телефоне до обеда и после него, хотя несколько человек погружалось еще раз в другом месте, когда мы туда приплыли. Я отказалась. Нет, уверена, что если потом однажды мне представится возможность погрузиться снова, то я точно буду еще раз нырять с аквалангом, но на этот раз с меня было достаточно… Но все-таки я это сделала, выдержала и не струсила, а для меня это большой подвиг…
День заканчивается, клонит в сон, хотя нет еще и шести. Завтра мой последний полноценный день в Египте, завтра вечером у меня экскурсия по городу, надо закупить сувениры. А пока – отдыхать, очень хочу завтра выспаться.
Продолжают поражать наши люди: иногда складывается ощущение, что дома они живут на виллах, купаются в ванной шампанского, арапы чистят им обувь и приносят еду… Стыдно просто.

День девятый

Последний полноценный день прошел как-то быстро и как-то… бестолково. С утра я несколько раз искупалась в бассейне, позагорала (конечно же, сгорела спина, которую сама себе я намазать не смогла), потом ушла к себе, пообедала, пошла на море.
Купалась долго и интересно, снова было много рыб, и еще мурена лежала на дне – пятнистая, толстая, фу. Вылезла из воды только, когда начало садиться солнце. Собрала чемодан, привела себя в порядок, поужинала – и отправилась на последнюю
экскурсию, по городу Шарм-эль-Шейх. Гид Саладин интересно рассказал нам об истории города, о мечети Мустафы, которую мы посетили, о Синае, о Коптской православной церкви, куда мы зашли. Очень красиво и торжественное. Потом мы были на арабском рынке, докупив сувениры, которые еще кто-то не купил. Затем посетили развлекательный центр «1000 и 1 ночь» - красиво необычайно, такой восточный аромат ночи. Приехали уже за полночь по отелям, уставшие…

День десятый

Последний завтрак, последняя прогулка к морю, обязательный ритуал с бросанием монет в фонтан, судорожное закрывание чемодана с помощью ноги и рук, автобус, аэропорт, самолет… Под нами блестело на солнце Красное море, по которому я буду очень скучать…

URL
Комментарии
2012-03-11 в 18:00 

Socratus
Я в наркотиках не нуждаюсь, я и так вижу мир живописным, у меня и справка есть (с)
Такие посты надо конечно под кат убирать)
Но пишешь ты интересно. И что самое интересное, я там тоже был, но никогда не думал, что летать на самолете или общаться с арабами так занимательно, как это у тебя получилось описать ;)

2012-03-11 в 22:10 

Сфинкс
Девушка с крыльями и хвостиком
ЯтуркЭнженсирхив, я пыталась, у меня не получилось, я чайник =))

URL
2012-03-11 в 23:39 

Socratus
Я в наркотиках не нуждаюсь, я и так вижу мир живописным, у меня и справка есть (с)
выделяешь строку, которую нужно спрятать (в твоем случае весь текст выделяешь, кроме, возможно, первого абзаца) и нажимаешь на кнопку "MORE". Вон она, сверху, черненьким по серенькому справа от дайри-собачки ;-)

2012-03-12 в 19:03 

Сфинкс
Девушка с крыльями и хвостиком
ЯтуркЭнженсирхив, нет, конечно, я похожа на дуру, но не до такой же степени))) как ставить море, я и так знаю... оно не ставится, говорит, что слишком много знаков

URL
2012-03-12 в 20:58 

Socratus
Я в наркотиках не нуждаюсь, я и так вижу мир живописным, у меня и справка есть (с)
Сфинкс,
ааа.. ну значит пост большой. надо разбивать на несколько постов. по дням, например)
лучше это сделать, потому что люди приходят в твой дневник и им так будет удобнее читать.

или попробуй по дням выделять. день выделила, нажала море. следующий выделила. снова нажала. я вообще удивлен, что дайри пропустили такой пост. тут вроде бы ограничение по знакам.

2012-03-13 в 19:29 

Сфинкс
Девушка с крыльями и хвостиком
ЯтуркЭнженсирхив, спасибо за совет, получилось

URL
2012-03-13 в 20:17 

Socratus
Я в наркотиках не нуждаюсь, я и так вижу мир живописным, у меня и справка есть (с)
Сфинкс,
пожалуйста. хорошо получилось! :vo:

   

Записки фантазерши

главная